Опубликовано

МЫСЛИ О РОССИЙСКОМ БУДУЩЕМ: ЧАСТНОСТЬ И ОБЩЕЕ

ЧАСТНЫЙ ПРИМЕР

Радио Свобода продолжает следить за судьбой уникальной российской технологии создания искусственной нефти и моторных топлив, у истоков которой стояла компания ЮКОС. Внедрение этой технологии может кардинально изменить степень воздействия человека на окружающую среду и геополитические реалии.О том, как происходит этот процесс, рассказывают доктор химических наук Владимир Мордкович и предприниматель Валерий Баликоев, бывшие гостями Радио Свобода полтора года назад.

— Каковы успехи за отчетный период? В коммерциализации, в развитии самой технологии?

Валерий Баликоев: Есть успехи и там, и там.

— Тогда начнем с науки, которая все-таки важнее бизнеса.

Владимир Мордкович: Мы много занимались проверкой уже полученных результатов. Организовали экспертизу нашего катализатора в одном из ведущих профильных институтов Академии наук и убедились, что он в 3-4 раза производительнее тех, что используются сейчас лидерами отрасли. Кроме того, мы провели подробную инженерную и экономическую проработку нашей технологии и отправили результаты в английскую фирму «Genesis», которая специализируется на сертификации инновационных технологий для тяжелой промышленности. Их вердикт: да, получать с помощью этой технологии моторное топливо из газа или угля эффективнее и выгоднее, чем, например, передавать тот же газ по трубе.

— Если все работает, значит, вы, Валерий, богаты, как Крез?

В.Б.: Потенциально — да.

— Почему потенциально?

В.Б.:Для того, чтобы с новой технологией войти в большой бизнес, надо потратить еще много времени и денег.

Например, предстоит построить большой завод, производящий синтетическую нефть из газа или угля. Индустрия должна увидеть работающее предприятие, приносящее реальную прибыль.

— Почему вы должны этим заниматься, а не какой-нибудь «Газпром» или «Газпромнефть»?

В.Б.: Технологическое недоверие мы преодолели. Но проблема в том, что нефтяные и газовые компании сфокусированы на сегодняшнем бизнесе, они мало смотрят вперед. На нас они смотрят с интересом, но говорят: да, нам это нужно, но приходите с промышленной технологией, опробованной на большом заводе.

— И это в ситуации, когда объем сжигаемого попутного газа равен 10 процентам всей добычи «Газпрома»? Разве они не платят за это существенные штрафы?

В.Б.: Конечно, это для них уже стало проблемой, и дальше будет хуже. Например, существует постановление правительства о том, что с 2012 года объем утилизации попутного газа должен быть не меньше 95 процентов. А пока по сжиганию попутного газа мы опережаем даже Нигерию. Проблема формулируется просто: вместо того, чтобы сжигать ценное сырье и загрязнять атмосферу, можно из этого сырья производить высококачественное топливо и сжигать его с меньшим экологическим ущербом.

— Владимир, я бы хотел задать вопрос вам как человеку, 11 лет проработавшему в Японии. То, что ваша технология не применяется — это какая-то специфическая российская косность или так устроены отношения науки и бизнеса во всем мире?

В.М.: Так устроена бюрократия во всем мире, но мы нашли собственное несимпатичное дополнение. Ни одна российская компания не считает своим бизнесом создание собственно технологий. Ни «Газпром», ни «Газпромнефть» в принципе не хотят это обсуждать: дайте нам готовое производство — вот их позиция. Если им сверху говорят: занимайтесь научно-исследовательскими и опытно-конструкторскими разработками, они говорят «есть!». Но НИОКР — понятие широкое, оно может включать в себя и запуск спутника, и разведочные работы.

— Переход на Евро-3, видимо, можно считать ярким примером отечественных НИОКР:

В.М.: Быстрота внедрения новых технологий — а это вещь, относительная, иногда и десять лет считаются очень коротким сроком — зависит от количества небольших инновационных компаний. Это их задача — пробить эту корку.

Чем мы и занимаемся.

В.Б.: Мы понимаем, где живем, и знаем особенности и наших добывающих компаний, и иностранных. Им эту технологию надо принести в том виде, в котором они могут ее потребить. Помимо научной экспертизы мы построили промышленную установку по созданию искусственной нефти из метана. Получили продукт очень высокого качества — по сути это смесь бензина и дизеля. Так что в деле коммерциализации мы движемся довольно успешно.

— Для вас принципиально реализовать эту технологию в России?

В.Б.: Нам бы этого очень хотелось. В конце концов, мы живем здесь, и обидно быть гражданами страны, которая лидирует в деле варварского разбрасывания ресурсов. Есть и другие соображения. Наша технология очень подходит для освоения отдаленных газовых месторождений. Доносить газ до потребителя с помощью газопроводов и компрессорных станций — это очень дорогой процесс. Технология сжижения и доставки морем, которая начала стремительно распространяться лет десять назад — тоже недешевое удовольствие. Поэтому нам кажется, что строительство наших установок в отдаленных областях — Ямал, Восточная Сибирь — это очень серьезная ниша для бизнеса.

— Слово «Сколково» у вас пробуждает какие-то чувства? Вы пробовали там предлагать свои разработки?

В.Б.: Контакты были: Но кажется, что пока они больше заняты решением организационных вопросов.

— В торопливости их, похоже, не обвинишь.

ВМ: Мы пока не очень понимаем, что можно сделать за счет партнерства со Сколково. И это непонимание взаимно.

— А вот это нежелание заниматься технологиями — это родовая черта и государственных, и частных добывающих компаний?

В.М.: И тех и других, может быть, к частным это относится в большей степени. Они говорят: у нас свой бизнес, нам нужно оборудование, дайте нам его готовым:

— На что же вы тогда рассчитываете?

В.Б.: На давление государства. И на самом деле, оно уже становится ощутимым. Добывающим компаниям придется решать проблему попутного газа. Просто раньше они стояли перед выбором: или сжигать газ и платить экологические штрафы, или гасить факела, останавливать добычу, разбрасываясь тем самым финансовым ресурсом. Теперь есть способ решить одновременно и политическую, и промышленную задачи.

— Есть еще и традиционный способ: включить административный ресурс и переносить срок введения ограничений с 2014 года и до бесконечности. Как с Евро-3.

В.Б.: Уже перенесли, первый срок был 2011 год. Но мы намерены достаточно громко и настойчиво говорить о том, что аргумент «нет технологий» уже несостоятелен.

— Правильно ли я понимаю, что внедрение и распространение ваших установок изменит и какие-то геополитические обстоятельства? Ведь нефть и газ — это не простые полезные ископаемые.

В.Б.: Нам кажется, что диалектический скачок уже произошел, потому что до нас все предлагаемые технологии создания искусственной нефти были убыточными. Да, геополитические и макроэкономические последствия этого будут серьезными.

Изменится вся инфраструктура доставки энергоносителей, потому что транспортировать и хранить жидкость на порядок легче и дешевле, чем газ. Так, например, может измениться схема добычи газа на шельфовых месторождениях. Если установка компактна и может за счет этого размещаться, например, на морской платформе, значит, отпадает потребность в трубе, по которой газ транспортируют на берег для сжижения. Одно это может серьезно изменить запасы газа в мире. Кроме того, есть большое число так называемых низконапорных месторождений, где добыча при нынешних технологиях экономически невыгодна, а вся инфраструктура уже существует, и сами месторождения выработаны максимум на 70 процентов. Нам в таких местах даже компрессоры не нужны. Таких мест больше всего в России и Северной Америке.

— Благодаря вашей технологии небольшие города и поселки смогут стать энергоавтономными?

В.Б.: И это может драматически сказаться на глобальной ситуации. Например, сейчас главный источник энергоносителей — Персидский залив. А если разовьется технология добычи нефти из угля? Лидер по запасам этого ископаемого — Соединенные Штаты. Уже сейчас энергобаланс меняется из-за того, что развилась технология использования сланцевых газов.

— Если и когда ваши идеи найдут применение, будет ли это означать, что Россия перестанет быть сырьевой экономикой?

В.М.: Россия станет более современной сырьевой экономикой, а наши двигатели внутреннего сгорания перестанут варварски загрязнять окружающую среду. И не только мы, но все человечество станет потреблять углеводороды более разумно и эффективно.

— То, что вы описываете, так заманчиво, что остается единственный вопрос — когда?

В.Б.: Мы готовы к строительству первого опытно-коммерческого завода. Дело за инвестициями в размере от 40 до 100 миллионов долларов. Мы потратили последние полтора года на то, чтобы независимая экспертиза подтвердила параметры нашей технологии, а бизнес и научный мир могли на это опираться. Но надо понимать, что промышленные технологии — это та область, где ничего не происходит быстро. Набирающая сейчас популярность технология добычи газа из сланцевых пород начинала разрабатываться в США в 50-е годы прошлого века. Первая установка по сжижению газа появилась в 1960 году. Бывают случаи, когда технологии внедряются быстро: например, реформинг бензина, когда во время Второй мировой войны возникла острая потребность в высокооктановом бензине, и советский академик Ипатьев решил эту задачу за несколько лет и для СССР и для США. Но не хотелось бы, чтобы такие стимулы возникали вновь.

21.10.2011, http://www.svobodanews.ru/content/article/24367149.html

ОБЩЕЕ

Как Россия превратится в страну инноваций: 20 шагов

21.10.11, Наталья Лаврентьева

Минэкономразвития опубликовало проект инновационной стратегии развития России до 2020 г. Чиновники рассчитывают, что, осуществив 20 ключевых шагов, они переведут экономику страны на инновационный путь развития через восемь лет.

Минэкономразвития опубликовало проект стратегии инновационного развития страны на период до 2020 г. под названием «Инновационная Россия-2020» (полный текст). Она базируется на основе положений «Концепции долгосрочного развития РФ на период до 2020 г.», подготовленной в 2008 г.

В новом документе объемом почти на 150 листов чиновники описывают текущую ситуацию с инновациями в России и что необходимо сделать, чтобы к 2020 г. не тянуться в хвосте у передовых стран.

Основными ведомствами-координаторами реализации стратегии будут являться Минэкономразвития, Минобрнауки, Минпромторг и Минкомсвязи, говорится в документе.

Согласно документу, чиновники ставят целью в 2020 г. довести объем промышленных предприятий, осуществляющих технические инновации, до 40-50% с 9,4% в 2009 г. Для Германии, например, этот показатель сейчас составляет 71,8%, для Эстонии и Финляндии — 52,8% и 52,5% соответственно.

Долю России на мировых рынках высокотехнологичных товаров и услуг, согласно проекту стратегии, планируется довести до не менее 5-10% к указанному сроку, а удельный вес таких товаров в общем мировом объеме экспорта — до 2% против 0,35% в 2008 г.

Также к указанному сроку стоит цель увеличить количество патентов, ежегодно регистрируемых россиянами в патентных ведомствах ЕС, США и Японии с 63 в 2009 г. до более 2,5-3 тыс. Удельный вес инновационной продукции в общем промышленном объеме должен увеличиться с 4,9% в 2009 г. до 25-35%.

Для того чтобы достигнуть этих и ряда других показателей, чиновники предлагают осуществить 20 ключевых шагов (см. таблицу). Реализовывать стратегию предлагается в два этапа. Первый (2011-2013 гг.) предлагается направить на повышение восприимчивости бизнеса и экономики к инновациям в целом. На втором этапе (2014-2020 гг.) будет происходить рост доли частного финансирования R&D, а также рост финансирования образования, науки и инфраструктуры инновационной экономики.

20 ключевых шагов стратегии

Инновационный бизнес

1. Радикальное наращивание инновационной активности в государственном секторе экономики — в компаниях с государственным участием и государственных корпорациях, в том числе через принятие и реализацию ими программ инновационного развития

2. Формирование «дорожных карт» развития ключевых технологий с определением мер поддержки и выделением необходимой степени международной кооперации при их создании (покупка за рубежом/совместная разработка с зарубежными партнерами/самостоятельная разработка)

3. Последовательное и предсказуемое на долгосрочную перспективу ужесточение экологических, технических, санитарно-эпидемиологических требований, а также требований к энерго- и ресурсоемкости продукции (услуг) и используемых технологий, определение системы соответствующих поощрений и санкций, стимулирующих их создание и внедрение, по ключевым направлениям технологического развития российской экономики

4. Обеспечение полноценного участия бизнеса в определении и финансировании приоритетов научно-технологического развития, в том числе через запуск деятельности технологических платформ 5. Введение дополнительных льгот (в том числе налоговых) для развития инжиниринга и информационных технологий

Инновационный человек

6. Значительное повышение качества и престижа инженерного образования, в том числе за счет создания специальной стипендиальной программы для студентов инженерных специальностей, более тесной интеграции обучения с практикой на ведущих промышленных предприятиях, а также мер по содействию в получении (аренде или ипотеке) жилья инженерами, устраивающимися на работу по специальности

7. Корректировка образовательных стандартов и внедрение новых технологий обучения в базовом образовании (включая дошкольное и школьное) в целях большей его ориентации на формирование навыков, необходимых для инновационной экономики

8. Выстраивание системы поиска и продвижения талантливых детей (в первую очередь, по естественнонаучным и техническим направлениям)

9. Значительное повышение престижа научной, инженерной и предпринимательской деятельности, в том числе через популяризацию инновационной тематики в СМИ, на телевидении, через кинофильмы

Государство

10. Формирование необходимых инструментов и механизмов поддержки государственных закупок инновационной продукции и эффективного размещения заказа на НИОКР для государственных нужд в рамках создания федеральной контрактной системы

11. Переход на предоставление государственных услуг в электронном виде во всех случаях, где это технологически возможно. Обеспечение полностью безбумажного документооборота не только между федеральными органами власти, но и во взаимодействии с регионами

Глобализация

12. Активизация поддержки выхода на внешние рынки российских высокотехнологичных компаний, в том числе через наращивание финансовой поддержки экспорта и покупки высокотехнологичных зарубежных активов

13. Выстраивание работы по содействию российским компаниям в поиске зарубежных технологических партнеров, по формированию и реализации совместных проектов, по разработке новых технологий и выпуску высокотехнологичной продукции с компаниями из наиболее технологически развитых стран, в том числе на базе торговых представительств Российской Федерации

Инфраструктура

14. Достройка и полноценный запуск механизма «инновационного лифта», в том числе за счет активизации деятельности Российского фонда технологического развития, в целях стимулирования инноваций среднего и крупного бизнеса

Эффективная наука

15. Формирование сети ведущих вузов. Развитие исследовательских компетенций вузов, расширение выполнения на их базе НИОКР в интересах компаний реального сектора экономики. Формирование (по разным моделям и в разных формах) сети национальных исследовательских центров (лабораторий) по ключевым направлениям технологического развития

16. Перераспределение финансирования к активным исследовательским коллективам через повышение роли конкурсных механизмов выделения средств на науку; повышение мобильности ученых между научными и вузовскими организациями

Территории инноваций

17. Определение механизмов и начало реальной поддержки регионов — инновационных лидеров

18. Формирование территориальных центров генерации и коммерциализации знаний на базе наукоградов, академгородков,

ЗАТО

Политика

19. Радикальное повышение эффективности выработки и реализации Правительством Российской Федерации инновационной политики, в том числе через четкое распределение координирующих функций между федеральными органами исполнительной власти и определение ответственных за реализацию отдельных направлений политики

20. Обеспечение приоритетности финансирования инноваций в следующем цикле бюджетного планирования

Источник: Минэкономразвия

http://www.cnews.ru/news/top/index.shtml?2011/10/21/461260

И О ПОГОДЕ

Песню <Наш дурдом голосует за Путина> выдвигают на <Евровидение>, уже собирают подписи

Жители Екатеринбурга собирают подписи под просьбой отправить песню <Наш дурдом голосует за Путина> на конкурс <Евровидение>.

Песня екатеринбургской группы <Рабфак> подходит под требования организаторов <Евровидения>, и поэтому ее нужно предложить российским продюсерам, которые будут выбирать участника конкурса в Баку, считают авторы обращения.

<Песня подходит под условия конкурса. Она была впервые исполнена позднее 1 сентября. В ней нет признаков разжигания национальной розни. И она записана на русском языке, что не противоречит требованиям <Евровидения>, — говорится в обращении, опубликованном на свердловском портале <Ура.Ru>.

Лидер группы <Рабфак> Александр Семенов заявил, что он не против выдвижения песни на <Евровидение>, поскольку поддерживает <любую движуху>. При этом он подчеркнул, что участники группы не оппозиционеры, а <музыканты и шуты>.

<Нас все время пытаются затянуть под какие-нибудь знамена, но мы ни с кем не боремся. Мы просто фотографируем действительность и смеемся над смешным>, — цитирует издание Семенова.

Менее чем за сутки под сообщением подписались 550 человек. В списке поддержавших инициативу есть фамилия главы фонда <Город без наркотиков> Евгения Ройзмана, который в сентябре оказался в центре скандала с партией <Правое дело>.

В своем блоге Ройзман также поддержал идею выдвинуть <Рабфак> на <Евровидение> и рассказал, что учился вместе с лидером группы на историческом факультете Уральского госуниверситета. При этом он перепутал его фамилию.

<Мне кажется, оценят. Это ведь не зализанный Максим Галкин, а могучий, стопятидесятикилограммовый уральский парень Саня Семянников. Мы учились с ним на истфаке УрГУ и ездили в колхозы. Я за этого парня ручаюсь. Он не подведет. Главное, чтоб не запил. Прошу всех добрых людей поддержать эту замечательную идею>, — написал  roizman.

Песня <Наш дурдом голосует за Путина> стала известной в интернете после того, как ее в своем блоге опубликовал Алексей Навальный. В конце сентября он предложил блогерам конкурс на песню против <партии жуликов и воров> и стал публиковать в своем <Живом журнале> все достойные варианты. Победителю конкурса Евгений Чичваркин обещал заплатить 150 тысяч рублей. Чтобы песня победила в конкурсе, она должна набрать максимальное число просмотров на YouTube, распространяясь как вирусный видеоролик.

<Рабфак> набрал уже 228 тысяч просмотров, но не сможет победить в конкурсе Навального, поскольку в песне поется в целом о ситуации в стране, а не о партии <Единая Россия>.

21.10.2011, <Газета.Ru>

http://www.gazeta.ru/news/blogs/2011/10/21/n_2062266.shtml

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *