Опубликовано

ГОРИЗОНТЫ МИРНОГО АТОМА

ПРОШЛОЕ
Физик из США развенчал «мифы Чернобыля» и призвал Россию пересмотреть советскую версию аварии на АЭС
С приближением печальной даты — 25-летия катастрофы на Чернобыльской АЭС — эксперты призывают развенчать мифы, навязываемые миру со времен СССР, и пересмотреть официальную советскую версию аварии в целом. При этом призывы адресованы прежде всего России, хотя станция находится на Украине. Как указывают специалисты, в России до сих пор продолжают работать 11 реакторов того же типа, что использовались в Чернобыле (!). Их необходимо демонтировать, считают они.
Статью о чернобыльских мифах написал в газете The Wall Street Journal американский физик Александер Р. Сич. Он стал первым западным ученым, которому в свое время позволили жить и работать в чернобыльской зоне отчуждения для изучения последствий аварии.
Его доклад о полуторагодичных исследованиях был опубликован в журнале Nuclear Safety в 1994-1995 годах.
Автор пишет, что до катастрофы, произошедшей 26 апреля 1986 года, повсеместно в СССР звучали безрассудные утверждения о безопасности атомных электростанций. В 1980 году академик Стырикович в журнальной статье сравнил их со «звездами, которые светят весь день», и объявил о намерении «посеять их по всей земле». Таким образом, ядерная безопасность находилась в подчинении у идеологии и гордости, а также культа прогресса, отмечает Сич.
Но и спустя годы после катастрофы, уже не советские, а российские власти яростно противились тем, кто рекомендовал повысить безопасность реакторов того типа, что использовались на ЧАЭС и вообще в бывшем СССР. Американский физик вспоминает, как в 1996 году на конференции Международного агентства по атомной энергии гневно выступил Евгений Адамов — глава российской делегации и будущий
министр атомной промышленности.
«Я сидел в трех рядах (от Адамова, — прим. ред.). Когда эксперты излагали свои рекомендации, Адамов, разъяренный, как Иван Грозный, вскочил на ноги и начал отчитывать людей на подиуме. Они посмели сказать, что реакторам пойдут на пользу дальнейшие усовершенствования в плане безопасности», — вспоминает автор статьи, на которую ссылается InoPressa.
В итоге разумные рекомендации были смягчены, ядерная безопасность отодвинута на второй план, а члены российской делегации поздравили Адамова с удачным выступлением, пишет он, не случайно напоминая о дальнейшей «криминальной» судьбе министра. В 2005 году Адамов был арестован по обвинениям в крупном мошенничестве и служебных злоупотреблениях, в 2008 году его признали виновным и
приговорили к 5,5 года тюрьмы, но вскоре реальное наказание заменили условным сроком.
Что скрывали власти о чернобыльской катастрофе
«Подобная бравада поощряет экономию на безопасности, а если возникают проблемы, плодит опасные мифы, создающие впечатление, будто все в порядке. На Чернобыльской АЭС, где 25 лет назад произошло расплавление ядерного топлива, создание мифов было возведено в высокое искусство», — говорится в статье.
Так, в первые дни крупных выбросов радиации вертолеты сбросили 5020 тонн различных материалов на реактор, чтобы его потушить.
«На деле лишь малая толика этих материалов, и то в лучшем случае, попала в шахту реактора, так как источник красного свечения, на который ориентировались вертолетчики, находился в 12-15 метрах от самого реактора», — сообщает ученый.
По его словам, вещество, составляющее примерно 75% активной зоны реактора (массой около 135 тонн), девять дней горело на
открытом воздухе, а затем расплавило нижнюю часть активной зоны, перелилось вниз по трубам и вскоре затвердело.
«Это подрывает главный миф о ликвидации Чернобыльской катастрофы — культ храбрых вертолетчиков, которые старались потушить
пожар.
Ликвидаторы были по-настоящему храбрыми и самоотверженными. Увы, советские власти воспользовались ими, чтобы создать впечатление, будто хоть что-то делается для ликвидации катастрофы», — пишет Сич.
Как он сообщает, в 1990 и 1994 годах ученый Александр Боровой показал в своих исследованиях, что материалы, которые сбрасывались с вертолетов, не прикрыли активную зону реактора.
«Очевидно и другое: если активная зона действительно расплавилась и горела на открытом воздухе, то наверняка в окружающую среду было выброшено больше радиоактивных веществ, чем гласит официальный отчет СССР, представленный в МАГАТЭ в августе 1986 года», — пишет автор. По его данным, в 1994 году Леннарт Девелл из Studsvik EcoSafe (Швеция) заключил, что выбросы примерно вдвое превышали официальную цифру.
Советские чиновники также утверждали, что саркофаг — символ победы над катастрофой — это прочное чудо инженерного дела. «Но саркофаг лучше назвать «стальным тентом», наскоро построенным на руинах, чем «бетонным футляром». Он изначально не проектировался как герметично закрытое сооружение», — пишет американский физик.
Он заключает, что Россия могла бы ради своей международной репутации развеять чернобыльские мифы, демонтировать 11 реакторов «чернобыльского» типа, которые продолжают действовать, и внести должный вклад в очистку зоны отчуждения вокруг АЭС.
Янукович обещает построить новый саркофаг в 2015 году
Саркофагом принято называть объект «Укрытие» над четвертым блоком ЧАЭС. В последние годы он начал разрушаться. Специалисты считают, что примерно через пять лет саркофаг может перестать сдерживать процесс выхода радиоактивных веществ из полностью разрушенного реактора.
Украина начала строить новый защитный кожух над четвертым энергоблоком — он должен обеспечить безопасность объекта на 100 лет.
Саркофаг будет представлять собой сооружение в форме арки высотой 105 метров, длиной 150 метров и шириной 260 метров. Стоимость нового саркофага — более миллиарда евро.
Строительство должно вестись при поддержке ассоциации доноров в составе 28 стран, которой управляет Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР). Украинские власти заявляют, что основная сумма — около 550 миллионов евро — уже собрана, и
надеются, что остальные деньги будут получены в ближайшее время.
Президент страны Виктор Янукович во время посещения Чернобыльской АЭС в среду заявил, что задача, стоявшая перед конференцией доноров, практически выполнена, что дает Украине возможность завершить строительство саркофага в 2015 году, передает ИТАР-ТАСС.
Глава государства пообещал, что «выделенные средства будут находиться под строгим контролем», в том числе международных организаций, прежде всего ЕБРР.
Сопровождающий Януковича в поездке на АЭС генсек ООН Пан Ги Мун заявил о необходимости «усилить защиту ядерных объектов в мире от возможных террористических атак». По его словам, для «повышения осведомленности в вопросах ядерной безопасности в июне состоится встреча на высоком уровне, а в сентябре планируется провести встречу мировых лидеров, посвященную этому вопросу — усилению ядерной безопасности».
Генсек ООН считает, что трагедии на Чернобыльской АЭС и на японской «Фукусиме-1» должны привлечь внимание общества к необходимости «пересмотра стандартов ядерной безопасности, а также к усилению защиты ядерных объектов и всех инновационных технологий в этой сфере».
NEWSru.com, 20 апреля 2011 г., http://www.newsru.com/world/20apr2011/4aes.html

БУДУЩЕЕ
<Росатом> не уверен в абсолютной безопасности российских ядерных реакторов и не считает строительство АЭС в Сибири экономически обоснованным 19-20 апреля 2011 в Санкт-Петербурге проходил Международный VI Форум-Диалог <Атомная энергия, общество, безопасность>. На форуме, проводимым по предложению <Зеленого Креста> Госкорпорацией <Росатом>, уже в шестой раз собрались представители атомной отрасли России и других стран, ученые и представители общественных организаций, занимающихся критикой атомной отрасли. Директор <Сибирского
Экологического Агентства> Алексей Торопов: <Мы ежегодно принимаем участие в Форуме-Диалоге по атомной энергетике с 2006 года. Но столь откровенные признания руководителей <Росатома> в докладах и ответах на вопросы участников мы услышали впервые.
Целый ряд руководителей Госкорпорации <Росатом> различного ранга фактически признали, что на российских реакторах возможны запроектные аварии с масштабными последствиями для населения и окружающей среды. Несомненно, и это не скрывает руководство атомной отрасли, что это <эффект Фукусимы>.
Помимо перечисления намеченных и уже реализуемых мероприятий по повышению безопасности российских АЭС, руководство <Росатома> на Форуме-Диалоге сделало и ряд знаковых заявлений.
Так весьма примечательным является признание, прозвучавшее из уст генерального директора Госкорпорации <Росатом> Сергея Кириенко, о дискредитации вероятностной оценки возможности крупных аварий с разрушением активной зоны реактора и загрязнением окружающей среды.
То есть тех самых <10 в минус седьмой> или одной аварии на 10 миллионов лет, которыми атомные пропагандисты еще вчера успокаивали общественность регионов планируемого размещения АЭС. Практика Чернобыля и <Фукусимы> показала полную неадекватность этой системы оценки возможности аварий на АЭС.
Заслуживают внимания следующие высказывания Сергея Кириенко: <По отношению к атомной отрасли должна быть презумпция опасности>, <Возможность расплава активной зоны — особенность современных ядерных реакторов>, <Мы либо научимся взаимодействовать с общественностью либо атомная энергетика обречена>.
Для жителей Томской области и Сибири в целом будут более интересны следующие слова Сергея Кириенко:<Было бы глупостью говорить, что атомная энергия самая лучшая. Когда мы говорим о Сибири, то глупо строить АЭС в этом энергоизбыточном регионе, где избыток гидроэнергии и уголь Кузбасса>.
<Сибирское Экологическое Агентство> предлагает Губернатору Томской области Виктору Крессу воспользоваться ситуацией и перестать вкладывать бесполезные усилия областной администрации в лоббирование строительства Северской АЭС, вычеркнув этот проект из списка <золотых> проектов Томской области. Вместо этого следует всерьез, а не по остаточному принципу, заняться решением вопросом
энергосбережения и развития доступных возобновляемых источников энергии.
alexeytoropov@gmail.com, 21 апреля 2011 г., http://green.tomsk.ru/node/907

Ториевая <бомба> российского Эдисона
Альтернатива ядерной энергетике есть!

Я давно лично знакома с Львом Максимовым. Сейчас, в свете развивающейся катастрофы в Японии необходимо всем вспомнить о том, что альтернатива ядерной энергетике есть! Самый гениальный писатель ХХ века Курт Воннегут как-то заметил: <Мы все находимся в наркотической зависимости от жидкого топлива, стоим на грани синдрома лишения: померкнет свет, наступит холод, опустошение>. Что же,
энергетика, построенная на углеводородах, похоже, себя исчерпала. Мировое энергопотребление к 2050 г., по прогнозам авторитетных ученых, достигнет 15-25 млрд. т. н. э. (тонн нефтяного эквивалента), что приведет человечество к очевидной катастрофе. В качестве решения этой проблемы у нас решено строить десятки новых атомных станций и плавучих АЭС, в реакторы которых загружают оружейный
уран. Люди просвещенные против: мы окончательно погубим планету, на которой живем.
Между тем уже несколько лет новосибирский физик-ядерщик Лев Максимов предлагает прорывной энергетический проект. Он не только способен вывести Россию из грядущего энергетического кризиса, но и дать ей шанс стать Державой №1. Физик Максимов призывает строить подземные ториевые станции. Россия — к слову — сказочно богата торием.
50 лет без перезагрузки
ЛЕВ Максимов в недавнем прошлом — директор Института физико-технических проблем металлургии и машиностроения в Новосибирске.
Там он и разработал проект модернизации атомной станции с использованием тория вместо урана. Это снимает с повестки дня опасность  радиоактивного загрязнения при возможных авариях реакторов и вопрос терроризма. Одновременно решает самую глобальную экологическую проблему — утилизацию отработанного ядерного топлива.
— В моих работах обоснована технология перехода мировой ядерной энергетики на новую элементную базу, — рассказал <Аргументам неделi>
Лев Николаевич, — с использованием принципиально новой конструкции тепловых элементов (ТВЭЛов). С ними ториевый ядерный реактор способен работать без перезагрузки от 30 до 50 лет. Загруженное ядерное топливо заканчивается в нем, когда сама станция исчерпывает свои ресурсы. Нынешние же урановые реакторы пополняют землю ядерными отходами каждые полтора-два года. В отличие от урана при использовании тория не образуются плутоний и другие трансурановые элементы.
Очень важно и то, что в ториевой ядерной энергетике есть перспектива использования государственных запасов оружейного урана и плутония в мирных целях. Эти стратегические материалы могут быть применены в качестве так называемого запального элемента в ториевых реакторах.
Сделка Гор — Черномырдин
В РОССИИ ториевый проект Максимова постоянно пытаются <задвинуть>. В чем же причина? Дело в том, что в ториевой энергетике запальным элементом служит оружейный уран. А в 1993 г. Виктор Черномырдин, который был тогда в ранге премьер-министра, утвердил <Соглашение между правительством РФ и правительством США об использовании высокообогащенного урана, извлеченного из ядерного оружия>. Этот позорный документ еще называют ВОУ-НОУ, или <Мегатонны в мегаватты>. Соглашение с американской стороны подписал
Альберт Гор. В ходе работ высокообогащенный уран (ВОУ) из боеприпасов перерабатывается в низкообогащенный уран (НОУ). В соответствии с этим документом наша страна обязалась передать США 500 т оружейного урана, то есть практически весь ядерный потенциал страны.
— Глава правительства при отсутствии контроля продал по дешевке наш ядерный паритет, — считает доктор технических наук, бывший депутат Госдумы Иван Никитчук (в ГД Иван Игнатьевич был депутатом с 1995 г. по 2003 г.).
Кстати, именно выездная комиссия из пяти профильных комитетов Госдумы во главе с доктором технических наук, физиком из Федерального ядерного центра России (Арзамас-16) Иваном Никитчуком в 1997 г. проверяла в Институте физико-технических проблем металлургии и специального машиностроения обоснование ториевого проекта. В итоге комиссия заявила, что те 500 т, которые американцам
передали за 11,9 млрд. долл., стоят как минимум 8 трлн. долларов.
— Сегодня в России урана добывается всего 20% от потребностей, — говорит депутат Государственной Думы, бывший министр обороны РФ Игорь Родионов. — Ситуация усугубляется злополучной сделкой ВОУ-НОУ между США и РФ. Этого урана России хватило бы на десятки лет.
Правда, сделка так и не ратифицирована, но к настоящему времени вывезено уже 50% запасов оружейного урана.
— Тем временем все научные работы были свернуты, — еще раз подчеркнул Лев Максимов. — Это беспрецедентный случай: институт, отнесенный двумя распоряжениями федерального правительства к перечню особо режимных объектов, был ликвидирован преступной группой.
Все наши архивы, включая материалы по 10 важнейшим прорывным изобретениям, которые были полностью подготовлены к патентованию за рубежом, были похищены. Должного расследования не удается добиться до сих пор.
За это время Максимов пережил два покушения.
Наш патент действует до 2013 года
— Ториевые реакторы в нашей стране можно строить уже сегодня, — убежден Лев Николаевич. — Модернизация реакторов одной АЭС для работы на новой элементной базе оценивается примерно в 100 млн. долларов. Но мощность станции при этом увеличивается как минимум в два раза. Строительство АЭС с нуля обходится обычно в 2-3 млрд. долларов.
Несколько недель назад Лев Максимов побывал в Германии в Научном ядерном центре в Карлсруэ. Встречался с немецкими физиками. Они были потрясены простым и гениальным проектом <российского Эдисона>. В Германии принят закон о выходе из ядерной энергетики, но в стране пока еще работают 17 ядерных блоков. Их доля в электроснабжении страны составляет более 30%. Последняя атомная станция в Германии будет остановлена в 2022 г. У немцев есть своего рода <атомобоязнь>. И хотя в настоящее время уже ведутся разборки двух АЭС, немецкие специалисты решили передать ториевый проект физика Максимова в Еврокомиссию. Возможно, и Германия начнет возводить ториевые АЭС?
А с торием у нас, в России, полный порядок. В 20 км от Сибирского химического комбината (СХК) в Томске-7 находится гигантское ториевое месторождение. Рядом расположена железная дорога, развита промышленная инфраструктура СХК. Российский торий будет предельно
дешевым. Гигантские месторождения тория есть и в районе Новокузнецка. Если учесть, что к ним практически никто еще не прикасался, то сегодня мы имеем очень дешевые месторождения.
— Ториевый цикл произведет революцию в атомной энергетике и позволит делать АЭС совершенно безопасными, — уверен физик Максимов.
Что еще важно? Россия вообще может потерять статус ядерной державы, если мы не начнем действовать. Изобретенная Евгением Адамовым (атомным министром с сильно подмоченной репутацией) и утвержденная правительством <Стратегия развития атомной энергетики России до 2013 г.> ориентировала страну на развитие так называемых быстрых реакторов, которые нарабатывают плутоний. Вопросы же ториевой энергетики в документе были указаны как второстепенные, разработкой которых Минатом (Росатом) намеревался заняться лишь после 2013 года. Примечательно, что именно к этому сроку Россия обязана отдать весь свой оружейный уран в США.
Что еще любопытно?
Исходный базовый патент Льва Максимова на приоритетные права России в ториевой энергетике теряет юридическую силу именно в 2013 году.
Вот такие скандальные совпадения…

АРГУМЕНТ СПЕЦИАЛИСТА
Гранаты не надо

— ИНСТИТУТ Льва Максимова был создан в Новосибирске по решению ЦК КПСС и Совмина СССР для решения специальных атомных проблем, — рассказал член-корреспондент РАН, известный эколог Алексей Яблоков. — Максимов замечательный изобретатель, своего рода российский Эдисон. Он показал, что есть один уязвимый узел на всех атомных станциях мира, где простой гранатой можно превратить любую АЭС в <Чернобыль>. Максимов предлагает загружать в атомные реакторы торий, который также может при расщеплении давать энергию. Но для этого, конечно, нужны затраты, нужна перестройка всего процесса.
Атомщики перестраиваться не хотят ЛЕВ Николаевич Максимов — известный советский ученый. С 1962 по 1982 г. — главный физик одного из объектов Минсредмаша СССР и заведующий лабораторией Института гидродинамики Сибирского отделения Академии наук СССР. Позднее — завотделом физико-технических проблем металлургии при Президиуме СО АН СССР. Максимову удалось разработать новые принципы управления жидкими средами, в том числе
жидкими металлами и радиоактивными суспензиями. Эти работы после государственной экспертизы были представлены на заседании Президиума Совмина СССР (12.04.72). По итогам их заслушивания в Правительственном решении за подписью Алексея Косыгина значилось:
<Отметить важное значение:>
В 1980 г. выходит секретное Постановление Совмина СССР (от 16.12.80 №1162-396) о строительстве специализированной экспериментальной базы.
В 1988 г. выходит секретное Распоряжение Совмина СССР (от 23.03.88 №545) о необходимости предельного ускорения работ с официальным утверждением 8 главных научно-технических направлений приоритетных работ автора, не имеющих зарубежных аналогов.
В 1989 г. подписано Распоряжение Совмина СССР (от 29.12.89 №2261р) о создании целевого Института физико-технических проблем металлургии и специального машиностроения. Распоряжение сопровождалось секретным приложением (п. 7) об отнесении этого института к перечню особо режимных объектов, а также важным поручением: <:обеспечить ввод в действие упомянутой базы в 1992 г.>.
Но в 1994 г. работа института Максимова была остановлена. Сделано это было не по официальному решению федеральной власти, а группой лиц, преступно связанных с представителями коррумпированной власти. Необходимо подчеркнуть, что ни одного отрицательного научно-технического заключения Минатома (Росатома) по концепции ториевого топливного цикла не существует.
Более того, проект строительства ториевых реакторов признала прорывным высшая атомная инстанция — комиссия Курчатовского института.
На руках у Льва Максимова имеется и базовый международный патент, защищающий права России на эту технологию в 23 европейских странах. Международная патентная заявка звучит так: <Способ управления ториевым реактором и тепловыделяющая сборка для его осуществления> (заявка №РСТ/RU01/00251 с приоритетом от 26.06.01).
Торий <одолжили> у Адольфа
ТОРИЕВОЙ энергетикой наши ученые интересовались еще в далеких 40-х годах. 27 сентября 1947 г. на стол И. Сталину положили письмо с проектом Постановления СМ СССР по добыче ториевых руд и производству концентратов тория и металлического тория. В апреле 1948 г.
Берия направил Сталину письмо с проектом Постановления СМ СССР <Об организации добычи тория в Алданском районе Якутской АССР>. В письме, в частности, отмечалось, что в Алданском районе были открыты россыпи монацитовых песков с содержанием тория более 1000 тонн.
Предполагалось начать его добычу с 1949 года.
К 1948 г. были созданы технические и организационные предпосылки и для успешной разведки урановых месторождений. Были созданы поисковые гамма-радиометры, позволяющие определять интенсивность гамма-излучения на поисковых маршрутах без отбора отдельных образцов. Разработаны и выпущены опытные серии аэро-гамма-радиометров, которые устанавливали на самолетах и вертолетах. Во время
полетов ими измерялся уровень гамма-излучения. За 10 лет было открыто и разведано 50 месторождений урана с общими запасами 84 000 тонн. Таким образом была успешно создана база для реализации атомного проекта в СССР.
Тем временем неподалеку от Томска начали разрабатываться ториевые залежи. Огромные запасы тория в качестве военного трофея были вывезены и из гитлеровской Германии. Оказывается, нацисты давно экспериментировали с торием, рассматривая его в качестве потенциального компонента для создания ядерного оружия. Советская армия конфисковала ториевый монацит у гитлеровской Германии и вывезла в СССР. Немецкие ученые так и не смогли добиться цепной реакции в работе с торием. Но это сделали русские и американские физики-ядерщики. И кто бы мог подумать — теперь монацитовый концентрат хранится на полуразрушенных складах недалеко от
Екатеринбурга. <Начальство> не знает, что с ним делать!
Ох уж это начальство — сегодня к ториевым месторождениям проявляют неподдельный интерес российские олигархи. Известный обладатель  яиц из коллекции Фаберже г-н Вексельберг заявил, что желает разрабатывать Туганское ториевое месторождение. Предприимчивый олигарх уже предложил свои <услуги> администрации Томской области, на территории которой находятся ториевые сокровища.
Манхэттенский <сговор>
В США в 40-е годы тоже не спали. <Манхэттенский проект> — так называлась глубоко засекреченная работа группы американских, английских и канадских ученых, которая с осени 1942 г. вела разработку ядерного оружия. Были созданы три атомные бомбы: <Тринити> (взорвана при первом ядерном испытании), урановый <Малыш> (сброшена на Хиросиму 6 августа 1945 г.) и плутониевый <Толстяк> (сброшен на Нагасаки 9 августа 1945 г.). Проектом руководили физик Роберт Оппенгеймер и генерал Лесли Гровс. Были привлечены огромные научные силы и финансовые ресурсы.
Но и сегодня ядерные разработки как никогда раньше актуальны. Свою оценку ситуации с энергобезопасностью США дал лидер демократов в Конгрессе Ричард Гепхардт. Он подверг критике энергетическую политику, проводимую президентом Бушем, который действует в интересах нефтяных концернов, и заявил, что стране <необходим Манхэттенский проект в области топливных элементов>. Демократическая партия США ставит целью добиться энергонезависимости до 2010 года. Реализация нового Манхэттенского проекта в области топливных элементов должна обеспечить нации независимость от иностранной нефти.
Нынешняя администрация США полагает, что на ближайшие полвека основным видом топлива останутся углеводороды. США является абсолютным мировым лидером по производству и потреблению энергии. Поэтому они сделали ставку на то, чтобы решать энергетическую проблему на 20-30 ближайших лет за счет захвата углеводородных ресурсов Ближнего и Среднего Востока. Война в Ираке — тому пример.
Раздаются голоса и тех, кто говорит о <гидрогенной революции> — переходе на водородное топливо. Но, по мнению ученых мужей, это топливо не сможет решить
энергетическую проблему, поскольку оно достаточно дорогостоящее.
Тем временем Конгресс США выделил миллиарды долларов на ускоренное проведение работ по ториевому ядерному циклу. 24 ноября 2003 г. Джордж Буш подписал закон о государственной программе развития ториевой энергетической технологии.
А что у нас в России? 6 октября 2006 г. правительством утверждена Федеральная целевая программа развития атомного энергопромышленного комплекса до 2015 года. О ториевой энергетике в программе нет ни слова.
Осло и Бхабха строят ториевые АЭС
НОРВЕГИЯ в начале апреля 2007 г. объявила о планах строительства двух ториевых АЭС. Они будут введены в эксплуатацию через 10 лет. Представляя планы по строительству АЭС, президент норвежской компании Thor Energi Алф Бжоэрсет сообщил, что в реакторах на тории никогда не произойдет аварии с расплавлением активной зоны. Такой реактор производит минимальное количество ядерных отходов, и он не может быть использован для создания ядерного оружия. Кстати, Норвегия владеет сегодня самыми крупными запасами тория в мире.
Бжоэрсет отметил, что доля двух ториевых АЭС составит в энергоснабжении страны 15%.
— Ториевые реакторы способны разрешить глобальный энергетический кризис и обеспечить мир электроэнергией на все обозримое будущее, — в этом уверен известный норвежский физик, профессор Эгиль Лиллестол.
Индия тоже намерена начать строительство усовершенствованного ториевого реактора (AHWR-300). Модель разработана индийскими учеными из Центра ядерных исследований Бхабха. Глава Комиссии по ядерной энергетике Анил Какодкар заявил, что строительство реактора будет завершено в течение 5 лет, и его мощность составит 300 мегаватт. AHWR-300 станет первым реактором в мире, работающим на
ториевом топливе и срок работы которого составит 100 лет, — уверен г-н Какодкар
http://argumenti.ru/toptheme/n63/34423
Станет ли Норвегия лидером по созданию подкритических ториевых реакторов?
Ториевые реакторы способны разрешить глобальный энергетический кризис и обеспечить мир электроэнергией на всё обозримое будущее.
Так считает профессор физики Эгиль Лиллестол. Учёный объездил всю Норвегию, агитируя за своё изобретение и споря с оппонентами. Так почему же мы до сих пор не построили ториевые АЭС?
«До сих пор не было соответствующих технологий. Кроме этого, для целей разработки ториевых реакторов потребуются крупные вложения», — отвечает Лиллестол. Профессор на протяжении многих лет ратует за создание подкритичных ториевых реакторов, управляемых ускорителями. Он надеется, что первая такая установка будет построена в Норвегии.
«Я оптимист. Но я полагаю, что для ториевых реакторов настал момент «сейчас или никогда», — говорит профессор. Идея комбинации ториевого реактора и ускорителя принадлежит не Лиллестолу, а его другу и бывшему коллеге по ЦЕРН нобелевскому лауреату Карло Руббиа.
Секрет заключается в типе топлива
«Карло — очень креативный человек, один из наиболее способных людей, которых я когда-либо встречал. Он всегда работал как над крупными, так и маленькими изобретениями», — вспоминает Лиллестол.
Одной из революционных идей Руббиа была догадка о том, что в качестве топлива в подкритическом реакторе должен выступать торий.
Это позволило бы избавиться от большинства проблем, характерных для традиционных АЭС.
Именно в типе топлива заключается главный секрет. Торий сам по себе неделящийся изотоп. В нём не может быть осуществлена самоподдерживающаяся цепная реакция. Следовательно, реакция не сможет выйти из-под контроля, и будет устранена главная опасность на атомных станциях. Помимо всего прочего, ториевые реакторы не пригодны для производства оружейных ядерных материалов.
«Технически, ториевые реакторы могут иметь военное применение, но с получаемыми в них материалами будет так трудно работать, что на практике об этом придётся забыть», — подчёркивает профессор Лиллестол.
Тысяча нефтяных фондов
Профессор предлагает Норвегии выделить 550 миллионов евро, что, по оценкам экспертов ЦЕРН, станет достаточным для строительства опытного подкритического реактора на ториевом топливе. По сегодняшнему курсу, эта сумма составит 4,4 миллиарда норвежских крон, что всего на 400 миллионов крон больше, чем страна планирует затратить на установку по очистке от CO2 в Монгстаде.
По мнению Лиллестола, есть и ещё один важный аргумент в пользу того, почему Норвегия должна инвестировать в новые реакторные технологии. Эта страна находится на четвёртом месте в мире по запасам тория — 180 тысяч тонн. Профессор утверждает, что норвежский торий позволит стране получить 1,5 триллиона крон доходов, что в тысячу раз превосходит нефтяной фонд.
Ториевый реактор выглядит слишком привлекательным, чтобы это было правдой. Это предложение можно понимать буквально — до сих пор, ни одна страна не выразила желание построить у себя подобный аппарат.
Французские атомные боссы зарубили ториевый проект
Карло Руббиа лично представил свою идею Евросоюзу в начале 90-ых годов. Первая реакция оказалась положительной.
«Евросоюз выделил 100 миллионов евро на проведение предварительных исследовательских работ на пятилетний период. Многие из нас в ЦЕРНе восприняли это как добрый знак и питали надежды увидеть в будущем работающий аппарат», — говорит Лиллестол.
После того, как Руббиа сделал заключение о том, что учёным удалось создать необходимую исследовательскую базу для разработки опытного реактора, он обратился к объединённой Европе с просьбой о выделении 500 миллионов евро. Но евробюрократы повернули указательные пальцы вниз.
«Проблема заключалась во Франции. У французов есть очень сильный атомный сектор, не заинтересованный в дополнительной конкуренции. Они предпочитают развивать свои собственные технологии», — считает Лиллестол. И если французы чем-то недовольны, то шансов добиться от Евросоюза положительного ответа практически нет.
Персональная война профессора
На сегодняшний день, ториевый реактор исключён из энергетических планов Евросоюза. Вместо него, европейцы предпочитают использовать норвежские газ и уголь, а также эксплуатировать существующие урановые АЭС.
Карло Руббиа был очень разочарован полученным отказом и отказался от дальнейшего участия в проекте. Он не собирался тратить своё время на препирательства с политиками и обратился к направлению солнечной энергетики. А вот профессор Лиллестол сдаваться не собирается.
Начиная с 2003 года, он стартовал свою личную кампанию в попытках убедить хоть кого-нибудь построить опытный ториевый реактор.
«Я полагаю, что мои знания дают мне шанс превратить наш мир в немного более приятное местечко для жизни, по крайней мере, для наших детей и внуков. Мне не нужны деньги или слава, я уже слишком стар для этого», — утверждает профессор.
Станет ли Норвегия мировым лидером в атомной энергетике?
Хотя Лиллестол готов сделать новую технологию доступной для развивающихся стран, он полагает, что первые и определяющие инвестиции должна осуществить Норвегия.
«Руббиа постоянно смеялся, говоря: «Вы так богаты в своей Норвегии, что могли бы профинансировать весь проект самостоятельно!».
Я считаю, что если бы мы решили построить опытный реактор, то это стало бы одним из самых важных шагов в нашей внешней политике. Я могу сравнить это с тем временем, когда мы вознамерились овладеть искусством нефтепереработки. Мы прибегли тогда к помощи извне, а также вложили крупные суммы в образование в соответствующих областях, и через 10-15 лет вошло и в число мировых лидеров», — говорит Лиллестол.
Таким же образом Норвегия могла бы стать номером один в мире в области безопасного использования атомной энергии.
«Я лично знаю целый ряд физиков, в том числе, в ЦЕРН, кто готов бросить всё и приехать в Норвегию, если только мы найдём деньги на строительство опытного реактора», — уверен профессор.
Решающие шесть месяцев
В последние полгода норвежские власти начали просыпаться. Профессор Лиллестол принял участие в нескольких открытых слушаниях и прочёл серию лекций с презентацией своего проекта. Еженедельник «Teknisk Ukeblad» опубликовал цикл статей о ториевых планах. Интерес к торию высказывают и mainstream-СМИ; так, газета «Verdens Gang» отвела новой реакторной концепции целых шесть страниц в своём воскресном приложении. Наконец, совсем недавно телеканал «Norwegian Broadcasting Company» показал сюжет о тории в программе «Кот Шредингера».
«Куда бы я ни обращался, везде меня встречали с энтузиазмом», — говорит профессор. Однако политики по-прежнему не хотят и слышать о новом реакторе. Впрочем, специалисты по энергетике из партии прогресса заинтересовались проектом и направили запрос на имя министра нефти и энергии. Министр не торопится высказывать свою точку зрения по этому вопросу, и если ситуация не изменится, то
Лиллестол последует примеру Карло Руббиа.
«Я продолжу заниматься ториевыми реакторами ещё шесть месяцев. Если я не увижу каких-либо конкретных шагов, то я сдамся. Конец света от этого не наступит, но Норвегия лишится уникальной возможности», — вздыхает профессор физики.
«Я уверен, что ториевые реакторы будут построены в будущем. Сегодня есть очень интересные проекты в этом направлении в Индии и России.
Я считаю, что для Норвегии было бы очень важно срочно присоединиться к работам над ториевыми технологиями, если мы хотим играть в них важную и определяющую роль», — сказал в заключение Эгиль Лиллестол.
Профессор физики Эгиль Лиллестол борется за то, чтобы построить в Норвегии первую АЭС по новой безопасной технологии. Конечно, с ним согласны далеко не все. Вот несколько вопросов, заданных профессору, и его ответы на слова критиков.
Ваша технология не нова. Ториевые реакторы существуют на протяжении многих лет.
— Торий использовался и используется в реакторах классического типа. В существующих проектах, торий смешивается с ураном, что позволяет получать дополнительную энергию, одновременно сокращая наработку плутония.
Но я предлагаю совершенно новый тип реактора, скомбинированного с ускорителем. Такая концепция радикально отличается от всех современных АЭС.
Если Ваша технология столь хороша, то почему никто до сих пор не построил подобного реактора?
— Потому что это на самом деле новая технология. Ториевый реактор разрабатывался в Европе вплоть до окончательного закрытия этой темы в 2000 году. Такая концепция требует наличия новых ускорительных технологий, которых у нас пока нет. Нам ещё предстоит создать
коммерчески выгодные ускорители, но я считаю, что это всего лишь дело времени.
Нам в Норвегии стоит сосредоточиться только на том, что мы умеем делать лучше всего — на очистке от CO2.
— Без сомнения, технологии по захвату и обращению с CO2 должны активно разрабатываться. Любой метод и любой способ сократить выбросы парниковых газов пойдёт нам на пользу. Но нельзя даже на секунду поверить в то, что они помогут решить проблему глобальной эмиссии CO2!
В общемировом масштабе, ежегодные выбросы CO2 достигают уже 28 миллиардов тонн. Что толку в том, если Норвегия сможет устранить несколько миллионов тонн этого газа? Пока мы сидим и рассуждаем о методах очистки от CO2, объёмы его эмиссии в Азии прирастают на 500 миллионов тонн каждый год, и никто, кроме нас, не задумывается над технологиями очистки.
Теперь давайте вспомним, что Норвегия располагает богатыми запасами тория, и это даёт ей уникальную возможность как получать дополнительные доходы от продажи энергоносителей, так и стать первопроходцем безопасных реакторных технологий, которые способны пойти на пользу всей планете без дополнительного риска по распространению ядерного оружия.
Но добыча тория очень дорого обходится!
— Это утверждение полностью неверно. Торий встречается в земле в три раза чаще, чем уран. Весь добываемый торий может быть использован в качестве ядерного горючего, и этим он выгодно отличается от урана. Экономические исследования показывают, что ториевые реакторы станут более выгодными, чем их урановые собратья.
greenpol@mail.ru, 23 марта 2011 г.

Игорь Острецов: Атомная энергетика обречена
Существующая атомная энергетика обречена. Безопасность атомных станций невозможно повышать до бесконечности, надо искать выходы в создании других атомных технологий. Своими мыслями с корреспондентом <Фонтанки> поделился доктор технических наук, профессор, один из виднейших специалистов по ядерной физике и атомной энергетике, бывший замдиректора ВНИИ атомного энергетического машиностроения, член комиссии по модернизации при президенте России Игорь Острецов.
— Игорь Николаевич, после аварии на <Фукусиме> некоторые страны начали пересматривать свои программы развития атомной энергетики.
И все чаще звучат голоса тех, кто выступает за отказ от использования атома в мирных целях. Как Вы думаете, такое развитие событий возможно? Есть ли у атомной энергетики будущее?
— Сразу скажу, что возобновляемые источники энергии, на которые так уповают <зеленые>, по моему мнению, могут использоваться только как дополнительные. Без атомной энергетики не обойтись, но она должна быть безопасной. Но только не нужно бесконечно повышать безопасность самих атомных станций — это ни к чему не приведет, все ситуации предусмотреть невозможно. Нужно переходить на
безопасные технологии. А существующая атомная энергетика — обречена.
— О каких технологиях идет речь?
— Видите ли, есть два типа, две технологические базы для ядерной энергетики. Традиционная основана на цепных реакциях и использует делящиеся изотопы урана-235 и плутония-239. По этому принципу сконструированы все существующие в мире реакторы.
Проблема в том, что запасов урана-235 на Земле не так уж и много, и они иссякают. Поэтому технология обречена — ресурсная база заканчивается, а без топлива реакторы работать не смогут.
Разработана и альтернативная схема, при которой используется вынужденное деление урана-238, вызванное сторонними источниками нейтронов, которыми могут служить ускорители заряженных частиц. Реакторы, работающие по такой схеме, безопасны, поскольку в них не может быть цепной реакции, а жесткий спектр нейтронов не позволяет вырабатываться большому количеству радиоактивных осколков деления — следовательно, и сильный нагрев реакторов после их остановки, который сейчас происходит на <Фукусиме>, невозможен. Кроме того, урана-238 в мире очень много. И ресурсный голод в этом случае человечеству не грозит. Думаю, что будущее именно за этой технологией — уже к середине века по этой схеме будет работать большинство реакторов.
— В мире уже появились реакторы, работающие по такой схеме?
— Технология разработана в нашей стране. Патент на ее изобретение принадлежит России, авторы технологии — наша группа, а ускорителя — Алексей Сергеевич Богомолов. Технологию мы отрабатывали в Дубне и в Протвино (Московская область), провели серию экспериментов. Потом нашей группой был выполнен контракт с одной из фирм ЦРУ США по одному из направлений данной технологии. В рамках этого договора наша группа работала в Дубне, летом 2010 года американцам были переданы все разработки. Сейчас они создают систему у себя, в Лос-Аламосе.Я надеялся, что уж коль разрешили передать технологию американцам, то значит — можно будет внедрять ее и у нас, но зря. Все закончилось.
— А в чем причина? В том, что придется расторгать контракты, заключенные на строительство АЭС по старой технологии?
— Основная причина в другом — ни одна страна не имеет права заключать контракты с нами на ядерные технологии без согласия руководства нашей страны. Решение этого вопроса — задача политиков, глав государства. Я не знаю, почему Россия не может решить вопрос о внедрении этой технологии у нас в стране и в других странах, заинтересованных в этом. Видимо, у нас нет возможности повлиять на ситуацию и решить этот вопрос с американцами.
— Штаты могут использовать эти наработки?
— Конечно. Эта технология им передана, в том числе и её военные применения. Официально контракт назывался <Инспекция несанкционированной транспортировки ядерных материалов>, то есть, результаты контракта могут применяться для решения прикладных военных задач — выявления ядерного оружия, которое доставляют к границам государства, например. Можно ее использовать и для того,
чтобы отслеживать транспортировку любых ядерных материалов. А можно и для создания безопасных АЭС. Но под предлогом, что она <пригодна для войны>, внедрять её в других странах, в том числе и России, не разрешают.
Это вопрос политики и умения глав государств слышать друг друга. Я не знаю, в чем причина. Наш премьер Владимир Путин — тогда еще президент, выступая на Саммите тысячелетия, сказал, между прочим, умную вещь — атомная энергетика должна быть избавлена от обогащенного урана и плутония. Но на этих словах все и закончилось — выполнить их нельзя до тех пор, пока руководство страны не примет соответствующих решений.
— Как Вы пытались повлиять на ситуацию?
— Когда меня включили в Комиссию по модернизации при президенте России, я выступил с докладом о ситуации в атомной отрасли — сказал о том, что старая технологическая база попросту обречена, и продолжать строить АЭС по этим технологиям — полная глупость.
Вскоре после этого меня по приказу Кириенко уволили с работы. Я дважды восстанавливался по суду, пока мне не объяснили, что будут увольнять до тех пор, пока я не устану судиться.
В самой Комиссии мои материалы есть. Я все им передал, но ответа на них нет никакого. Наша же секция не собиралась уже очень давно, не могу сказать, что ведется какая-то работа.
Я пытался поднять этот вопрос в Общественной палате — академик Велихов пообещал мне, что мой доклад будет, но пока как-то этого не случилось. Единственное достижение — один из членов высшего руководства Росатома полтора года назад поставил меня в очередь на телефонный разговор. Жду.
— То есть, получается, что Росатом попросту не заинтересован в новых технологиях?
— Атомная энергетика уже давно не развивается. Мы просто делаем вид, что строим новые станции, которые очень скоро перестанут работать из-за отсутствия сырья. Но для того, чтобы получать высокую зарплату, достаточно делать вид, что строится хотя бы один реактор.
Знаете, какие анекдоты в Иране рассказывают? Вопрос: построит ли Кириенко к 2010-му году нам АЭС? Ответ: конечно, построит, сейчас ведь еще только 1473-й. И ведь действительно — 2010-й год уже прошел, а АЭС мы им так еще и не построили. Но проблема не в одном Росатоме, это — проблема всего мира. Ресурсной базы не будет для всех. Американцы ведь уже прекратили строить новые реакторы — у них нет ни одного, построенного после 1978 года. Сейчас реакторы строит, в основном, Юго-Восточная Азия. Во всех остальных странах их количество сокращается — еще недавно было 500, сейчас уже 400, а будет еще меньше. А ведь МАГАТЭ планировало построить к 2010-му году около 10 тысяч реакторов — именно столько нужно сейчас, чтобы обеспечить потребность всего человечества в энергетике. А к середине века для того, чтобы покрыть все потребности, их нужно будет не меньше 20 тысяч. Доля атомной энергетики — около 3 %, а проблем с ней много, притом что основным источником энергии по-прежнему остается нефть. Ситуация абсурда.
— А уран-235 действительно скоро закончится?
— Швейцарский физик Микаэль Диттмар в 2009 году подсчитал, что мировых запасов урана-235 хватит до 2013 года. Цены на это топливо уже взлетели. Пока и мы, и Штаты выходим из положения — работаем на военных запасах, причем американцам повезло, по контракту, заключенному еще с Черномырдиным, мы им поставляем переработанные боеголовки наших ракет. Но этот запас конечен.
По сути, нам осталось валять дурака около двух лет. Потом, если не включится разум, все будет очень грустно. Атомные станции просто встанут — они не могут работать без сырья. И первыми пострадают Соединенные Штаты, которые потребляют около 40 % всей энергии, следом — по цепочке — мировая экономика. Катастрофа никого не обойдет стороной. Должен включиться разум у глав государств, должно прийти понимание, что на ситуацию надо как-то влиять, но пока этого не происходит.
— Хорошо, главы государств могут не понимать ситуации, но почему не настаивает на внедрении альтернативных технологий МАГАТЭ?
— МАГАТЭ — исполнительный орган, который отражает интересы всего атомного лобби. И очень тщательно оберегает имидж атомной отрасли. Во время Чернобыля они вместе с нашим правительством скрывали последствия катастрофы, чтобы не повредить интересам атомщиков. То же самое происходило и на <Фукусиме> — информацию зажимали и упустили ситуацию, а теперь она стала неуправляемой. Но
врать можно только до определенного предела, потом все это выходит боком.
— Ну и какой же может быть выход из ситуации?
— Я надеюсь, что разум правителей все-таки включится. Иначе все будет очень грустно.
Беседовала Кира Обухова, http://www.fontanka.ru/2011/04/15/050/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *