Опубликовано

БДЕНИЯ ВОКРУГ СВОБОД И НКО

ЛУКИН ПРОШТРАФИЛСЯ

Владимира Лукина обвинили в превышении уполномоченности

В Совете федерации нашли его доклад «субъективным» и «излишне политизированным»

Совета Федерации (СФ) впервые жестко раскритиковал доклад уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина за 2012 год. Комитет СФ по конституционному законодательству, правовым и судебным вопросам, развитию гражданского общества упрекнул омбудсмена в излишней «политизированности, односторонности и субъективности» и предложил сенаторам на следующем заседании одобрить соответствующее заключение о его докладе. Эксперты считают, что реакция сенаторов на доклад, в котором защищаются права участников прошлогодних акций на Болотной и Чистых прудах, отражает тенденцию «противостояния общества и государства».

Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин пояснил вчера членам СФ, что его девятый по счету ежегодный доклад был подготовлен еще в феврале, он уже представлен президенту, Госдуме и направлен в органы власти. «К отчетному году к нам поступило более 52 тыс. обращений и заявлений. Из них 25 тыс.- жалобы граждан. Чаще всего жаловались жители Центрального, Южного и Уральского федеральных регионов»,- привел некоторые цифры доклада Владимир Лукин, отметив, что 57% жалоб касались нарушения прав и свобод человека, причем из них 64% — недоверие к судебной системе.

У сенаторов в ходе обсуждения вопросов к омбудсмену было немного. Однако глава комитета по конституционному законодательству Андрей Клишас предложил СФ не торопиться с оценкой доклада, подчеркнув, что заключение комитета с выводами доклада Владимира Лукина не совпадает. А поскольку с самим заключением сенаторов до заседания не ознакомили, Андрей Клишас предложил рассмотреть документ на следующем заседании СФ, которое пройдет 26 июня в Таврическом дворце в Санкт-Петербурге.

Как пояснил «Ъ» Андрей Клишас, целый ряд высказываний и характеристик, данных омбудсменом тем или иным процессам, тенденциям или обстоятельствам, носит «излишне политизированный, односторонний и субъективный характер». «Рассуждения такого рода могут явиться поводом для общественной дискуссии, но не предметом доклада. Кроме того, в докладе содержатся оценочные суждения и замечания, не подкрепленные фактами или соответствующей документацией»,- пояснил Андрей Клишас.

В заключении комитета (есть в распоряжении «Ъ») говорится, что ряд выводов доклада уполномоченного по правам человека представляются «неоднозначными либо выходящими за обозначенный федеральным конституционным законом «Об уполномоченном по правам человека в РФ» предмет доклада». В частности, у комитета есть вопросы к разделу «Право на свободу собраний». «В тексте доклада содержатся выводы по расследуемым делам (о беспорядках на Болотной площади 6 мая 2012 года), которые высказываются до завершения расследования соответствующих дел и соответствующего судебного разбирательства»,- говорится в заключении. Кроме того, господина Лукина упрекают в «некоторой односторонности» при изложении дела в связи с так называемыми прошлогодними народными гуляниями в Москве на Чистых прудах у памятника Абаю. В частности, сенаторам непонятно, почему уполномоченный «безосновательно подозревает» жителей домов на Чистых прудах, которые обратились в правоохранительные органы с жалобами на «гуляющих», в «сговоре».

Необоснованной нашли сенаторы и «критически-ироническую» оценку законодательства о запрете нецензурной брани, а также мнение господина Лукина об отсутствии в действующем законодательстве «четких и однозначных критериев экстремизма». Омбудсмены-сенаторы напомнили, что в соответствующем законе «О противодействии экстремисткой деятельности» дано подробное объяснение таких понятий. Наконец, господину Лукину напомнили, что раскритикованный им законопроект о защите чувств верующих был основательно откорректирован Госдумой ко второму чтению. Всего замечания комитета касаются девяти разделов доклада: «Право на жизнь», «Право на свободу информации», «Право на труд», «Право на образование», «Право на судебную защиту», «Право на свободу совести», «Право на свободу собраний» и т. д. Отметим, что до этого доклад Владимира Лукина заслушали депутаты Госдумы и также упрекнули его в излишней политизированности («Ъ» писал об этом 22 мая).

Член Общественной палаты, доктор юридических наук Елена Лукьянова считает, что Владимир Лукин отражает позицию общества, а реакция Совета федерации — позицию государства. «Это отражение того противостояния, которое существует сегодня в обществе, оно не в пользу критиков, потому что большинство, как показывают соцопросы, на стороне Лукина. Если бы Лукин выступал иначе, наверное, другой расклад был бы в стране»,- считает эксперт. По мнению госпожи Лукьяновой, снять за высказанную позицию Владимира Лукина невозможно, но он может быть не переназначен на новый срок (полномочия истекают в феврале 2014 года.- «Ъ»).

«Критика СФ говорит о том, что современная российская политика несовместима даже с очень умеренным вариантом правозащиты. Лукин — человек осторожный, ориентированный на определенные стандарты, он не имеет моральной возможности их преступить. Но так как наш политический класс ориентируется на власть, а для нее приоритет — безопасность, а не права человека, тот этот уполномоченный становится все менее совместим с властью»,- говорит политолог Алексей Макаркин.

Наталья Ъ-Башлыкова, Наталья Ъ-Городецкая, «Коммерсантъ», 30.05.2013

ДУМСКИЙ ДЬЯК В СВОЕМ РЕПЕРТУАРЕ

«Закон принят? Выполняйте. Мы в правовом государстве живем»

Депутат Госдумы от «Единой России», соавтор поправок к закону об НКО, которые ввели понятие «иностранного агента», СЕРГЕЙ ПОПОВ заверил

корреспондента «Ъ» МАКСИМА Ъ-ИВАНОВА, что закон еще не заработал в полную силу.

— С марта идут масштабные проверки некоммерческих организаций (НКО), которых подозревают в иностранном финансировании. Проверки идут в отношении экологических, правозащитных организаций, проверяются даже благотворители, которые помогают больным. Это не перебор, когда проверяют всех подряд?

— Я бы так не сказал. У нас 10 тыс. НКО по стране. Чтобы проверить всех подряд, потребуется примерно десять лет. Проверить всех сразу невозможно.

Есть общий порядок проверок. Кстати, ни одна организация не сказала, что их не предупреждали, что они не были проинформированы, что это как снег на голову.

На самом деле то, что мы слышим от НКО,- это далеко от реальной ситуации. Идет проверка, но она и до этого шла. Просто сегодня есть некий акцент, который связан с тем, как используются иностранные деньги.

— Из-за проверок у НКО возникают проблемы с работой. В «Левада-центре», например, говорят о том, что невозможно проводить социологические исследования, когда на организации де-факто стоит клеймо иностранного агента.

— Это связано не с проверкой, это связано с оценкой их деятельности. По закону, если они не согласны и считают, что не занимаются политической деятельностью, они могут оспорить решение в суде. Это момент принципиальный: мы хотим жить в правовом государстве или будем жить по понятиям? Если в правовом государстве, то доказывайте.

— Ассоциации «Голос» так и не удалось доказать в суде, что они не занимаются политической деятельностью, хотя за власть они не борются.

— А что, разве «Голос» не занимается политической деятельностью? Для меня это открытие. При чем здесь рвутся к власти, не рвутся к власти? К власти могут рваться политические партии. А политическая деятельность — это другое. В законе четко написано, что такое заниматься политической деятельностью.

Это значит влиять на настроение общества и власти с точки зрения принятия решений. Они влияют? Влияют однозначно. То есть для всей страны они занимаются политической деятельностью. Они считают, что не занимаются. А чем занимаются?

— Наблюдением за выборами, попыткой остановить фальсификации.

— А это не политическая деятельность? Если не будем лукавить, они как занимались политической деятельностью, так и продолжают заниматься. Им говорят: ребята, продолжайте заниматься, вам никто не мешает, но станьте по закону агентами, зафиксируйтесь в этом качестве. А вы хотите и заниматься, и не считаться.

— На ваш взгляд, звание иностранного агента не является дискредитирующим для организации?

— В Америке не считается. Наш закон — это калька с американского. Давайте будем честными: занимаетесь политической деятельностью — занимайтесь, будьте откровенны, пусть все об этом знают. К вам никаких претензий нет.

— У нас термин «политическая деятельность» понимается достаточно широко, в том числе прокуратурой. Политической деятельностью оказывается и анализ законодательства, и социологическая работа. Это не слишком вольная трактовка, которая позволяет кого угодно под закон подвести, ведь любая общественная деятельность влияет на общественное мнение?

— Вам не нравится закон? Он принят? Выполняйте. Мы в правовом государстве живем. Или хотим создавать анархию?

— Тем не менее правозащитники считают, что закон мешает гражданскому обществу.

— Еще раз говорю: закон принят, закон действует. Надо предлагать, как изменить закон, но не говорить, как обойти закон. Давайте дадим возможность, чтобы закон заработал. Пока ему мешают работать.

— Как мы увидим, что он заработал? Он уже полгода действует, с ноября.

— Ну где он реально действует? Сколько у нас есть иностранных агентов, которые реально согласились зафиксироваться?

— А сколько должно быть?

— Это не мой вопрос. Мы законодатели в этом плане, мы не являемся спецаналитиками. Данные о количестве организаций, которые занимаются политической деятельностью, знает вся страна. Их уже назвал президент (в начале апреля Владимир Путин заявил о 654 НКО, которые, занимаясь «внутриполитической деятельностью», получали средства из-за рубежа.- «Ъ») — у президента есть все данные в этом плане.

— Вы ему в этом доверяете?

«Коммерсантъ», 31.05.2013, http://kommersant.ru/doc/2198695

НКО РАЗМЫШЛЯЮТ

Закон прямого противодействия

НКО ни на словах, ни на деле не хотят признавать себя иностранными агентами

Массовые проверки НКО в России дали первые результаты: десяткам НКО вручены прокурорские предупреждения о недопустимости ведения политической деятельности или представления, обязывающие зарегистрироваться иностранным агентом. «Ъ» изучил стратегию властей в отношении НКО и выяснил, есть ли у НКО стратегия в отношении власти.

Стратегия кнута и пряника

НКО, <уличенные> в нарушении закона об иностранных агентах, власти наказывают тремя способами: штрафом, представлением о необходимости устранить <нарушения> в 30-дневный срок и предупреждением о недопустимости ведения политической деятельности под страхом <установленного законом наказания>.

Как сообщал «Ъ», в апреле Пресненский мировой суд оштрафовал ассоциацию <Голос> на 300 тыс. руб., а директора ассоциации Лилию Шибанову — на 100 тыс. руб. Минюст счел, что премия Норвежского Хельсинкского комитета, от которой <Голос> отказался, является зарубежным финансированием, а разработка ассоциацией Избирательного кодекса — политической деятельностью. Сейчас дела находятся на апелляции. <Голос> — это пока единственная из известных в России НКО, оштрафованная за <политическую деятельность> как <иностранный агент>.

Но этот короткий список <политических штрафников> может пополниться. <Наш фонд получил представление из прокуратуры, в котором утверждается, что мы ведем политическую деятельность на иностранные средства и что мы в тридцатидневный срок обязаны устранить <нарушения>,- рассказала «Ъ» руководитель исследовательских программ Фонда <Общественный вердикт> Асмик Новикова. Из прокурорского представления, полученного <Общественным вердиктом>, следует, что эта организация, имеющая иностранное финансирование, принимала меры <по оказанию воздействия со стороны неправительственных организаций на ход и содержание проводимой реформы МВД>. Речь идет о деятельности Рабочей группы правозащитных НКО по реформе МВД, в которой участвовал <Общественный вердикт>.

<Мы предлагали изменения в рамках реформы полиции, и эти рекомендации были услышаны,- говорит Асмик Новикова.- Мы обсуждали реформу МВД в том числе по приглашению Совета по правам человека при президенте РФ. До этого МВД объявило всенародное обсуждение реформы, выложено это было на сайте МВД. Мы подготовили свои рекомендации. И даже получили от МВД благодарственное письмо. Но теперь наша деятельность трактуется как политическая, потому что мы участвовали в обсуждении реформ>. В вину фонду вменяется и то, что <за счет финансирования Национальным фондом демократии (США) осуществлялась подготовка доклада «Об исполнении Российской Федерацией Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания в период 2006-2012 годы»>. В числе прочих обвинений — оказание правовой поддержки и консультирование участников акций оппозиции,

оказание юридической помощи, организация и оплата защиты обвиняемых по <болотному делу> Федора Бахова и Михаила Косенко; освещение на сайте фонда протестных действий против фальсификации на выборах в Госдуму и рекомендации участникам акций по поведению на митингах. <Мы подготовили несколько памяток для участников митинга, где объясняем им, как себя вести, чтобы не нарушить закон, не спровоцировать беспорядки,- поясняет социолог «Общественного вердикта».- Мы защищаем права заключенных, в том числе и по «болотному делу», но нам говорят, что защищать заключенных, избитых в вытрезвителе, мы можем, а защищать заключенных по «болотному делу»,- нет, потому что это уже политика>.

По мнению представителей НКО, закон об иностранных агентах, <по сути, запрещает правозащитную деятельность в России>. <Интерпретация нашей деятельности, которую дают госорганы, полностью опровергает стандарты правозащитной работы, признаваемые в мире,- говорит Асмик Новикова.- Основной смысл ключевых документов ООН, декларации правозащитников — в том, что люди могут и должны индивидуально или совместно создавать какие-то организации и выступать в защиту прав человека, а государство должно поощрять эту деятельность. И наша страна взяла на себя эти обязательства и должна создавать условия для работы правозащитников. Но закон об иностранных агентах говорит о том, что на самом деле Россия не выполняет международные обязательства, а мы фактически находимся в ситуации запрета на профессию>.

В отличие от прокурорских представлений, обязывающих НКО в 30-дневный срок либо отказаться от иностранного финансирования, либо прекратить свою деятельность, либо зарегистрироваться иностранным агентом, третий тип прокурорских взысканий — <предупреждения о недопустимости нарушения закона>, которые получили десятки НКО,- является самым щадящим.

В предупреждении, полученном от прокуратуры нижегородской организацией <Комитет против пыток>, говорится, что комитет финансируется из иностранных источников и до ноября 2012 года (когда закон об иностранных агентах вступил в силу) <принимал участие в публичных мероприятиях, которые могут быть расценены как политическая деятельность>. Учитывая, что после этой даты организация политической деятельностью, по мнению прокуратуры, не занималась, то ей ставится на вид, что впредь, если такой деятельностью НКО займется, она может быть привлечена к <ответственности>. При этом и в <предостережениях>, и в <представлениях> подробно расписано, по какому критерию власть определяет иностранных агентов: это российские некоммерческие организации, получающие денежные средства из-за рубежа и осуществляющие на эти средства политическую деятельность. Поскольку все критерии оценки <иностранных агентов> упираются

в политическую деятельность, которую ведет НКО, то этой деятельности в прокурорских представлениях дается отдельная трактовка: <Некоммерческая организация: признается участвующей в политической деятельности:если независимо от целей и задач, указанных в ее учредительных документах, она участвует в организации и проведении политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения в указанных целях>.

По мнению Игоря Каляпина, термин <политическая деятельность> власти сделали <резиновым> и используют его, чтобы манипулировать некоммерческим сектором.

В этом смысле, по словам господина Каляпина, примечательно, что <Комитет против пыток> вносил предложения о реформировании системы МВД и СК наравне с Фондом <Общественный вердикт> — более того, инициатором идеи реформы СК был именно нижегородский <Комитет против пыток>, однако его работу, в отличие от работы <Общественного вердикта>, политической деятельностью не сочли. В то же время в работе Костромской организации охотников и рыболовов прокуратура усмотрела политическую деятельность, что, по мнению представителей НКО, выглядит анекдотично. <Если эта организация когда-то внесла поправки в закон о рыбной ловле, имея при этом какие-то частные пожертвования из-за рубежа, она имеет все шансы получить статус иностранного агента>,- говорит господин Каляпин.

Отсутствие единых подходов в определении <агентов>, по мнению представителей НКО, связано еще и исполнителями этого государственного заказа. Напомним, что осенью 2012 года, когда закон об иностранных агентах только обсуждался, предполагалось, что его исполнителем будет Министерство юстиции РФ. Однако в январе 2013 года министр юстиции Александр Коновалов заявил в Госдуме, что исполнять этот закон невозможно, поскольку он <противоречит духу законодательства об НКО>. По словам Игоря Каляпина, демарш Коновалова был связан с тем, что закон вступал в противоречие и с российским законодательством, и с международным.

Член правления Правозащитного центра <Мемориал> Олег Орлов, в свою очередь, считает, что в данном случае проявился раскол в органах власти. <Но поскольку была дана команда найти агентов, то эту задачу поручили Генпрокуратуре,- говорит Каляпин,- а та перепоручила ее региональным управлениям>. В итоге случилась разбалансировка усилий: планировался единый центр в лице Минюста, который собирал бы информацию со всей страны и отвечал за единый государственный подход в определении <агентов>, а получилось множество региональных прокурорских структур, каждая из которых оценивает деятельность НКО на подведомственной территории, исходя из собственных трактовок закона.

В этом смысле стратегия властей не вполне удалась, считают в НКО. <Нас хотели расколоть, используя разные меры наказания против НКО,- говорит Олег Орлов,- кому-то хотели публично оторвать головы, а кого-то просто предупредить, чтобы знали и боялись. Но они не ожидали мощного сопротивления со стороны НКО>. Впрочем, господин Орлов признает, что в этой борьбе неправительственному сектору далеко до победы: по словам правозащитника, осенью будет новая волна прокурорских проверок, и неизвестно, кто из НКО выдержит, а кто нет.

Тюремная стратегия

Главной политической интригой ближайших месяцев будут именно действия НКО и реакция властей на эти действия. Уже сегодня многие представители неправительственного сектора заявляют, что не будут ни при каких обстоятельствах регистрироваться иностранными агентами. Об этом, в частности, в последние недели говорится на различных правозащитных конференциях и собраниях.

О своем отказе регистрироваться агентами «Ъ» заявили и в фонде <Общественный вердикт>, и в Правозащитном центре <Мемориал>, и в <Трансперенси Интернешнл>, и в <Голосе>. <Мы однозначно не будем вешать на себя этот позорный ярлык, потому что мы не считаем себя иностранными агентами,- говорит Асмик Новикова.- И от иностранного финансирования мы отказываться не будем, оно не запрещено российским законодательством. Почему, скажите, наш фонд не может подавать заявки в Еврокомиссию? Это структура, с которой взаимодействуют наши власти. Более того, российский Минюст получил самый крупный грант из Еврокомиссии — на обеспечение альтернативных мер пресечения, так называемые электронные браслеты. А почему тогда НКО не может получать оттуда гранты? Или на самом деле речь идет всего лишь о попытке взять под контроль финансовые потоки с Запада?>

На вопрос о том, как правозащитники намерены противостоять требованиям прокуратуры, в НКО отвечают, что, прежде всего, будут судиться. Сейчас с властями уже судятся несколько крупных НКО, например, <Мемориал> и <Голос>. <До окончательного решения по нашей апелляции мы ничего делать не собираемся, потому что это беспредел — подозревать иностранным агентом организацию, у которой за пять лет не было ни копейки зарубежных денег,- заявила «Ъ» Лилия Шибанова.- Если суд будет проигран, то мы выплатим штраф, но регистрироваться как «агенты» не будем>.

На конференции, которую в мае провела в Москве Московская Хельсинкская группа, представители некоммерческого сектора высказывали предположение, что Конституционный суд может отменить закон об иностранных агентах, поскольку судьи <не захотят позориться>. Одновременно в НКО надеются на решение Венецианской комиссии, которая осенью должна рассмотреть российский закон об иностранных агентах. При этом отмечается, что если НКО будут иметь на руках решение Венецианской комиссии, то добиться в Конституционном суде отмены закона об иностранных агентах им будет значительно проще.

Однако многие представители НКО понимают, что могут не дожить до больших судебных баталий — судьба того же <Голоса> может решиться раньше. По словам Лилии Шибановой, в Минюсте уже пообещали подать заявление в суд о ликвидации <Голоса>, если организация не зарегистрируется <иностранным агентом>. Если так произойдет и <Голос> закроют>, Лилия Шибанова обещает зарегистрировать новую ассоциацию.

Перерегистрацию как вариант рассматривают и другие НКО — по данным «Ъ», несколько организаций, получивших прокурорские представления, уже обсуждают возможность закрытия организаций и регистрации их под другими названиями: ведь пока до <новой> организации дойдет очередная проверка, у нее будет несколько месяцев на полноценную работу, а потом можно перерегистрироваться снова. Правозащитники отмечают, что есть и другие варианты для того, чтобы обойти закон об иностранных агентах и продолжать делать свою работу. И констатируют, что закон об иностранных агентах загонит многие НКО в подполье.

Но во многих крупных НКО убеждены, что никаких обходных путей искать не надо. Олег Орлов считает, что перерегистрация — не выход из ситуации: <С регистрацией будет сложно, и все равно этой организации не дадут работать, раз ее деятельность оценивают как политическую>. Единственно правильной стратегией в этой ситуацией правозащитник считает сопротивление со стороны НКО в судах и принципиальный отказ регистрироваться иностранным агентом: <Наша задача — повышение цены на правоприменение этого закона. Они должны понять, что цена слишком велика>. С Орловым согласен правозащитник Георгий Сатаров: <Даже если Конституционный суд отменит этот закон об иностранных агентах, на этом власти не остановятся — пока не ограничат автономность и независимость каждого>. А правозащитник Лев Пономарев убежден, что раз правозащитников сделали <агентами>, то в итоге сделают и <изменниками Родины>.

Как далеко готовы идти правозащитники в своей битве с законом об иностранных агентах, можно понять в офисах НКО, где весь последний месяц всерьез обсуждают готовность руководителей организаций сесть в тюрьму за неисполнение закона об иностранных агентах (см. интервью Игоря Каляпина). Напомним, что и такая крайняя мера предусмотрена в этом законе. Многие собеседники «Ъ» выразили уверенность, что если найдется хотя бы десять человек, готовых сесть в тюрьму за то, что не хотят признавать себя иностранными агентами, власть проиграет.

Ольга Алленова, Максим Иванов, «Коммерсантъ»,  31.05.2013

А НКО БЫВАЮТ РАЗНЫЕ

Периодически почитываю сообщения о преследованиях НКО и их руководителей, в частности проф. Саввы из Краснодара. Да, бесспорно всё в отношении этих организаций и людей их представляющих беззаконие и произвол. Но я о другом. Внедрённая к нам <грантовая культура>, на мой взгляд, может способствовать лишь одному — пособничеству власти и разделению с ней ответственности за происходящее в сфере общественных отношений и вообще за происходящее в стране.

Для русского человека никакого здравого смысла в этой культуре нет. Вот у нас в Саратове Минпечати многолетне проводит конкурс журналистских работ под названием типа <Ох какой я патриот!>. Пишут, посылают на конкурс, становятся победителями. К росту патриотизма и даже к росту числа патриотов такой конкурс никакого отношения не имеет, скорее наодорот — плодятся угодливые уроды. А ими забиты и общественные палаты и прочие околовластные тусовки, активность в которых сводится к заработку на гранте. Междусобойчики, которые многолетне образуются при министерствах, администрациях, думах, давно стали такими же коррупционными составляющими как и власть, и бизнес. В своих рассуждениях мы нередко утверждаем, думаю, что так оно и есть, что власть и её институты — симулякры, бизнес и его место в государстве — тоже сплошная спекуляция, НКО — то тоже самое, симулякр в кубе, потому что спекулирует и паразитирует на наших общественных интересах, которые многолетне не реализуются. У нас за последнее 10-15 лет полностью уничтожены самые низкие ростки самоуправления.

Но посмотрите, сколько НКО и их лидеров из штанов лезут в получении грантов на общественное самоуправление, на реализацию жилищной политики и весьма сомнительную правозащитную деятельность. Саратовский ВООПИК никогда не защищал никаких интересов культурного наследия — оно ретиво истребляется, без каких-либо писков т.н. <лидеров>. Привластные <экологи>, <мастера искусств>, <благотворители>, <тусовки нацменов>, <общество обманутых вкладчиков> (даже не замеченное ни в одной акции протеста при толпами митингующих <дольщиков>), <профсоюз среднего и малого бизнеса> (при полном истреблении в Саратове предпринимательства), <ЖКХ-активисты из ОПы> — все из года в год сидят на грантах (в 90-х многие сидели на грантах <Евразий>, <МакАртуров> и проч, в последние годы на региональных и местных бюджетах). К обществу и его проблемам эти <лидеры> и их откровенный бизнес на стезе общественных отношений никакого отношения не имеют. К этим <общественникам> приплюсуйте ещё разного рода политолухов из центров исследований и содействия, фактически покрывающих мафиозное состояние нашей закулисно-публичной политики.

В сфере общественных отношений крутятся не такие уж малые деньги (а чем не общественные отношения — избирательные кампании?) даже на уровне городов и весей. Но все эти ресурсы — в песок, никакого движения к гражданственности, МСУ с участием людей нет. Предложения-то как изменить ситуации есть, но кому они нужны? Я уж лет 10 назад предлагал прекратить  тусовки называемые <региональным Гражданским форумом>, на котором одни и те же <лидеры>, на одни и те же, якобы <общественные  делишки> делят <бабки>. Предлагал форум поделив на два этапа, сначала проводить большой сбор, на котором выдвигаются и обосновываются общественные идеи, исходящие из явных потребностей и нужд горожан ( в основном это самоорганизация собственников жил. помещений, проблемы жкх, экологии, реального предпринимательства), обозначаются ресурсные центры для их реализации, формируются команды, вовлекаются союзники и сторонники. На втором этапе — идет публичная защита общественных проектов. Появляется конкуренция, критика и контроль.

Это предложение, сейчас мне уже тоже кажется глупым, как и любое другое, обращенное в никуда. <В никуда> потому что, в том числе и общественники, повязанные Системой, не нуждаются в изменениях, даже самых простых. Не знаю.., я вот исписал, наверное, целый лист <бамаги>, так выходит, чтобы убедить самого себя в том, что сил для сопротивлении коррупции нет ни в одном элементе нынешней действительности. Молодым вряд ли можно посоветовать что-то другое, кроме как драпать от самих себя.

Сергей Перепеченов, persey2010@rambler.ru, 24 мая 2013 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *