Опубликовано

НИКЕЛЕВЫЕ СТРАСТИ НА РОССИЙСКИХ ПРОСТОРАХ

(обеспечим земной шар не только нефтью, но и никелем!)

ОРЕНБУРГСКАЯ ОБЛАСТЬ

Семь нянек орской экологии

А потому и дитя без глазу

Нам, наверное, никогда не узнать правды о том, чем мы дышим. Можно долго вчитываться в отчеты работы экологических служб, пытаться осмыслить данные стационарных постов наблюдения, ждать реакции властей на очередной инцидент, когда промпредприятия посыпают головы горожан пеплом. Но истину не найти.

Самый простой способ — услышать ее из уст виновных или хотя бы начальников ответственных структур — невозможен по политическим причинам. Другой вариант — докопаться самому — уничтожен на корню извращенным, не поддающимся никакой логике устройством государственной машины.

Игра в экологию

На днях «Орский вестник» получил весьма неожиданный ответ на свой запрос в адрес министра природных ресурсов области Константина Костюченко. Как выяснилось, результаты проб воздуха являются внутренними (!) документами Экологической службы Оренбургской области. То есть о том, что во время очередного выброса намеряли экологи, кроме них самих никто не узнает. Прощай, конституционное право на благоприятную окружающую среду и достоверную информацию о ее состоянии.

Какие мысли подобное известие должно породить в голове обывателя? Скорее всего, он заключит, что государство завело какие-то шашни с бизнесом, что-то крутит-вертит за его спиной и не дает простому гражданину совать нос в их междусобойные дела. Между тем это и наши дела тоже. Ведь именно мы живем в Орске как в газовой камере и получаем зарплату, не позволяющую проводить отпуска в Минеральных Водах.

— К сожалению, последние визиты руководителя Росприроднадзора по Оренбургской области Анатолия Жукова в Орск и Новотроицк ничего не прояснили в том плане, каких изменений нам стоит ожидать, — рассуждает заслуженный эколог России Вера Соколова. — Очевидно, что на протяжении многих лет в экологии происходит перераспределение сфер влияния и каждая следующая служба не считает себя правопреемником предыдущей. Для каких целей существуют тогда эти конторы и инстанции, если они, по словам руководителя основной службы, не в состоянии решить поставленные задачи? Они не имеют полномочий? Или не успевают войти в курс дела? С каждым днем становится все более очевидно, что вопросы экологии используются в самых неприглядных и корыстных целях. Куда идут платежи и штрафы за нарушения в сфере природоохранного законодательства? За что штрафуют? Экология сегодня — это не серьезная работа, это игра в работу, которая все больше и больше превращается в театр абсурда.

Страшно бесправные федералы

О том, сколько в Орске всевозможных экологических структур, — обычный человек не имеет ни малейшего представления. Единственное ощущение — их много, поскольку названия мельтешат самые разные. И вся эта многочисленная компания не в состоянии ничего изменить. Они что-то меряют, приезжают с проверками, даже заводят какие-то дела, но того эффекта, который по идее должен быть от их бурной деятельности, нет. Дышать легче не становится. Каков тогда смысл в их работе? Или цель ограничивается составлением протокола?

Мы попытались разобраться в запутанной экологической структуре, в надежде понять, с кого спрашивать. Выяснилось, что не с кого. Все работают. Но в том, что происходит, никто не виноват.

Если говорить о структуре, то экологические службы имеют свои органы на всех уровнях власти: федеральном, региональном и местном. И все они в конечном итоге представлены в Орске.

Самая верхушка — это федеральные инспекторы. Те самые, сказки о безграничной власти которых мы слышим постоянно. Напомним, что с 2008 по 2011 годы федералов в Орске не существовало. И считалось, что именно поэтому крупные предприятия-загрязнители жили вольготно: якобы никто не имел права прийти к ним с проверкой, а уж тем более — выкатить штраф.

И вот губернатор Берг приложил усилия, чтобы Росприроднадзор открыл в Орске две вакансии. Сначала инспекторов действительно было двое. На сегодняшний день остался один. Другой, говорят, не выдержал.

Вот что эти специалисты — Валентин Поливко и Елена Тимофеева — говорили о своей работе год назад в интервью «Орскому вестнику» (№ 070 от 28 июня 2011 года):

— Случается, что после очередного выброса в атмосферу поступают звонки от возмущенных жителей, спрашивающих «почему вы бездействуете, когда весь город задыхается?». А мы не имеем права принимать самостоятельные решения о проведении внеплановой проверки. Прежде чем прийти на предприятие, обязаны согласовать это с прокуратурой области и заблаговременно оповестить руководство завода.

То есть если вы полагаете, что внеплановая проверка — это когда после ночного выброса в выходной инспекторы со своими лабораториями тут же оказываются «на трубе», то глубоко заблуждаетесь. Сначала они ставят в известность свое областное руководство, руководство извещает прокуратуру, издаются приказы: Все это, разумеется, в письменном виде и с традиционной для наших широт волокитой.

Понятное дело, что в таком случае сам смысл внеплановой проверки пропадает. Тут ведь важен эффект неожиданности. И, кстати, закон дает госинспекторам такое право, разрешая проводить внеплановую выездную проверку без предупреждения руководства завода. Но этим почему-то никто не пользуется.

Идем дальше. Еще одна организация федерального уровня — это Орская лаборатория мониторинга загрязнения атмосферы, которая подчиняется Росгидромету.

Однако ее функция — всего лишь фиксирование выбросов. Она обслуживает четыре стационарных фоновых экологических поста и дает оценку состояния загрязнения воздуха. На постах четыре раза в сутки измеряются концентрации десяти загрязняющих веществ. Пробы воздуха берутся в одно и то же время: в час ночи, семь утра, тринадцать и девятнадцать. В течение 20 минут приборы чуть ли не ежесекундно осуществляют заборы проб воздуха, и по каждому такому «вдоху» выдают результат.

Лаборатория имеет право производить замеры исключительно в жилой зоне города. При этом дома поселка Никеля, которые попадают в санитарно-защитную зону ЮУНК, — уже епархия специалистов другой службы.

Еще одна федеральная структура — Центр гигиены и эпидемиологии, бывшая СЭС. Организация подчиняется Роспотребнадзору, имеет свою аккредитованную лабораторию и, как нам удалось выяснить, имеет право проводить замеры внутри санитарно-защитной зоны, что очень важно, поскольку, например, в санзону никелькомбината входит около восьмидесяти жилых домов. Единственное табу — замеры на источнике. Но ни о каких результатах этих замеров населению неизвестно. Более того, коллеги из других экологических служб с трудом представляют, чем занимается Центр гигиены. Есть информация о том, что он подключается к работе с выбросами предприятий лишь в том случае, когда есть данные из медицинских служб об отравлениях людей.

Как бы работа

Теперь поговорим о региональном уровне. Под крылом областного министерства природных ресурсов существует Экологическая служба Оренбургской области. В качестве филиала последней в Орске в переулке Неженском расположена специализированная лаборатория. В ее арсенале — три стационарных поста наблюдения, принятых на баланс области в конце прошлого года. Судьба их до недавнего времени казалась нам туманной. Однако, как сообщил замминистра Министерства природных ресурсов, экологии и имущественных отношений области Владимир Белов, в первых числах марта приборы всех трех постов были поверены, а станции — запущены в работу.

Гонимые желанием получить информацию из новых источников, мы обратились к официальному сайту горадминистрации, где регулярно вывешивается экологический экспресс-бюллетень. Как оказалось, из трех новых постов сегодня работает только один: тот, что находится в районе Оренбургской трассы и меряет выбросы «Уральской Стали». Два других же: в поселках Первомайском и Никеле — пробы воздуха не берут. По информации Экологической службы Оренбургской области, оборудование вышло из строя, было демонтировано и отправлено производителю на ремонт. Обратите внимание: речь идет о двух постах, имеющих для Орска принципиальное значение. Никто не может гарантировать, что при любом другом нужном моменте оборудование опять не выйдет из строя.

Опять же, замеры делаются в определенное время четыре раза в сутки. При этом определяется концентрация только двух веществ: диоксида серы и оксида углерода. Объясняется это тем, что именно эти вещества выбрасывают в воздух наши основные загрязнители: основными источниками диоксида серы в воздухе являются Южуралникель и коксохимическое производство «Уральской Стали», а оксид углерода выбрасывают все понемногу, в том числе и автотранспорт.

И еще один нюанс. На вопрос редакции «ОВ» о компетенции нынешнего руководителя Экологической службы Александра Кофанова замминистра природных ресурсов Владимир Белов сообщил: для того чтобы возглавлять Экологическую службу, вовсе не обязательно иметь специальное высшее образование. Получается, что достаточно окончить институт менеджмента и иметь пятилетний опыт руководителя, заработанный например, на какой-нибудь мебельной фабрике. То есть важнее быть директором, а не химиком. И это в нашем-то экологически катастрофичном регионе.

Нет цифр — нет скандала

В том, что населению сообщаются результаты замеров, произведенных по часовому графику, есть определенная доля лукавства. Если выброс произошел в неурочный час, то информация по нему поступит лишь в «компетентные органы». Нам ее сообщат только в том случае, если, задыхаясь, народ будет бить в набат.

Тут уж действительно, не скроешь. Так, например, произошло 20 сентября прошлого года, когда в Единую диспетчерскую службу Орска стали поступать жалобы на плохое самочувствие от жителей поселка Никель, а работники вагонзавода, расположенного через забор от никелькомбината, оккупировали здравпункт. Но гидрометовская лаборатория тогда намеряла лишь 3,4 ПДК по диоксиду серы около ДК металлургов.

А вот о том, что 23 июля прошлого года город находился на грани ЧС, мало кто знает.

— Судя по данным, которые мне удалось получить из различных ведомств, в этот день экологи намеряли значительные превышения, — комментирует депутат Законодательного собрания области Сергей Сибикин. — Спецлаборатория Экологической службы Оренбургской области уклончиво сообщила о зафиксированном пятикратном превышении ПДК диоксида серы в жилой зоне поселка Никель. Где именно: внутри санитарно-защитной зоны или за ее пределами — мне не сообщили.

Зато сообщили природоохранному прокурору. И тут уже не пять ПДК. В ответе, данном мне Вячеславом Белокуровым, говорится, что спецлаборатория обнаружила в этот день 10,89 ПДК диоксида серы в районе пр. Никельщиков, 4, немного позже в том же месте — 11,11 ПДК, а затем — 10,3 ПДК в районе площади Гагарина.

Нестыковки налицо. Такое впечатление, что в предоставлении цифр соблюдается индивидуальный подход.

— Сегодня у ряда предприятий существуют разрешения на временно согласованные выбросы, превышающие ПДК, — комментирует руководитель Общества охраны природы Оренбургской области Сергей Ивушкин. — Например, у никелькомбината они составляют 4 ПДК. Разрешение выдается с условием, что из года в год предприятие будет производить плановое снижение выбросов. И в итоге доведет до 1 ПДК на границе санзоны. В том случае, если план сокращения выбросов не выполняется, если фиксируются постоянные превышения, то Росприроднадзор вправе запустить процедуру приостановления разрешения на эти самые временно согласованные выбросы. То есть виновнику перекрывают все льготы, и если на границе санзоны обнаруживается больше одного ПДК, предприятию выставляют 25-кратные платежи за выбросы. Такие суммы настолько бьют по карману загрязнителя, что это равносильно приостановке деятельности источника выброса.

Но надзорные органы, видимо, не усматривают связи между 10 ПДК по диоксиду серы на Гагарина и деятельностью никелькомбината. На крайней мере, руководитель Росприроднадзора Анатолий Жуков рапортует о том, что все в порядке и все под контролем.

«30 декабря на предприятии был издан приказ об остановке шахтной печи № 5 и переводе ее в резервный фонд, — говорится в официальном ответе Жукова. — В ходе осмотра, произведенного 19 апреля этого года в рамках внеплановой проверки, специалисты убедились, что печь действительно выведена из эксплуатации, о чем свидетельствует демонтаж ее составных частей. На сегодняшний день планируемое снижение валовых выбросов осуществляется в соответствии с планом, в противном случае в отношении предприятия будут приняты меры административного воздействия».

И в конце документа сообщается, что за последние три года Росприроднадзор провел пять внеплановых проверок на предприятии и десять административных расследований. В результате этой работы на никелькомбинат и его ответственных лиц были наложены штрафы на общую сумму аж в 490 тысяч рублей! В том числе и по инциденту 23 июля прошлого года.

Сборник нерешимых задач

— Везде и всюду говорится о том, что бедные экологи проверяют какое-то немыслимое количество предприятий, — продолжает Вера Соколова. — Анатолий Жуков рассказывает о том, что «реально предприятий, оказывающих влияние на экологию, в области не больше ста». Да ведь это смешно. На весь промышленный восток области можно с трудом набрать пять заводов, четыре из которых находятся в орско-новотроицком промышленном узле. Вот кого нужно проверять, вот под чьими заборами ночевать и караулить.

Сам Анатолий Жуков признает, что на территории двух городов — Орска и Новотроицка —  сосредоточены источники более 42 процентов всех выбросов по области или более 278,4 тысячи тонн.

— Зачем новотроицкому заводу хромовых соединений предъявляют иск в 5 млрд рублей за размещение отходов на объекте, созданном для размещения отходов? — удивляется Соколова. — Да ведь весь завод со всем оборудованием, наверное, столько не стоит. Иных мыслей, кроме как о рейдерском захвате, у меня в этой связи не возникает. Экологи во весь голос твердят, что их мало и они не справляются. Может, тогда решиться уже сделать серьезный шаг и обратить внимание именно на крупные источники загрязнений? Понятно, что остальные предприятия тоже оказывают влияние, но раз некогда и не успеваем — значит надо определить приоритеты.

Ну, а уж тот факт, что данные различных служб серьезно отличаются друг от друга, уже никого не удивляет. Одни фиксируют превышения, другие — нет.

Однако людей не обманешь. Если над городом дым коромыслом, если от серы в горле першит, если работникам вагонзавода приходится вызывать скорую помощь — тут и мерить ничего не надо.

— Конечно, если поступать по уму, то должна быть одна главная служба, один человек, в подчинении у которого находятся остальные инстанции, — комментирует Нина Щербакова. — Тогда было бы, с кого спрашивать, кому предъявлять претензии. Например, сейчас в городе не существует группы экстремального реагирования, которая работала бы круглосуточно. В муниципалитете на это нет финансирования, область выделять деньги не желает, а федерации — сам бог велел не усложнять. В результате каждый работает сам по себе. У каждого — свои функции, свои методы замеров, своя иерархия. И в итоге получается, что у семи нянек дитя без глаза.

Эвридика Поважная, «Орский вестник», 28 июня 2012 г.

ВОРОНЕЖСКАЯ ОБЛАСТЬ

ОБ ЭКОЛОГИЧЕСКИХ И СОЦИАЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЯХ

разработок сульфидных медно-никелевых руд Еланского и Елкинского  месторождений в Новохоперском районе Воронежской области

ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Группа учёных Москвы составила данную аналитическую справку в связи с получением  ООО «Медногорский медно-серный комбинат» принадлежащий ОАО Уральской Горно-Металлургической Компании -УГМК)  лицензии на пользование недрами с целью геологического изучения, разведки и добычи медно-никелевых руд участков федерального значения (Ёлкинское и Еланское), расположенных на территории Новохоперского района Воронежской области.

Проект освоения месторождения вызывает массовые протесты населения региона, активную дискуссию в Интернете и других СМИ, где доминирует отрицательное отношение к нему, которое разделяют  российские и международные экологические организации Гринпис, Беллона и другие, такие известные экологи как академик А.В.Яблоков, который написал протестное письмо на имя президента В. Путина http://ecoreporter.ru/node/1268.

Возникает необходимость анализа ситуации, который будет дан ниже.

1. Правовой аспект

Важнейшим условием конкурса на получение этой лицензии была переработка концентрата на металлургических мощностях за пределами Воронежской области.

Поэтому победитель — ООО «Медногорский медно-серный комбинат», принадлежащий ОАО УГМК, вообще не мог быть допущен к участию в тендере в связи с тем, что не проходил по ключевому условию — у компании нет своих металлургических мощностей по выплавке никеля, что является прямым нарушением условий конкурса.

Нет у компании и опыта работы с никелем, она специализируется на производстве меди.

Разработчик декларировал только сооружение рудника с последующей транспортировкой руды  на переработку на Кольский п-ов, в Норильск, Орск. Однако это утверждение вряд ли будет реализовано по чисто экономическим причинам. При железнодорожных перевозках руды с содержанием металлов ниже 5% такая схема нерентабельна. Речная транспорка невозможен из-за мелководья Дона  и низкой пропускной способности шлюзов. Следовательно, потребуется обогащение руды на месте, т.е. сооружение Горно-Обогатительного Комбината (ГОКа).

Известный экономист Н.Кричевский назвал выигравшую тендер компанию Искандера Махмудова и другого уральского олигарха Андрея Козицына  «случайным победителем», чей проект будет способствовать «коррупционному беспределу», «выводу прибыли, оборотных средств и других внедивидендных доходов в оффшоры…

В вопросе о переработке руды  всплывает весьма известная на постсоветском пространстве оффшорная фирма Glencore International AG («Гленкор»), с которой у

УГМК сложились уже хорошие доверительные отношения. Скорее всего никель будет производиться : на недавно приобретенных структурой «Гленкора» Highmetals

KDS российских заводах «Режникель» и «Уфалейникель» с попутным выводом прибыли, оборотных средств и других внедивидендных доходов в оффшоры: Т.о. для «Гленкора» открывается новая «веха»: попытка прибрать часть российских стратегических природных ресурсов — последнюю крупную медно-никелевую провинцию.

Причем чиновники прекрасно понимают, что действуют в интересах не столько УГМК, сколько «Гленкора», но, видимо, коррупционные преференции подавили в них и совесть, и страх» http://vedomosti-ural.ru/notes/22673/.

На слушаниях в общественной палате Воронежской области 20.12. 2012 представители УГМК подтвердили, что ГОК будет сооружаться,  его проектирование начнётся в 2016 году. Таким образом, имеет место прямое  нарушение условий конкурса.

В лицензии ВРЖ 15395 ТР в п. 3.1. заложены также следующие обязательства компании-победителя: по объёмам, основным видам работ и срокам их проведения недропользователь обязан обеспечить не позднее 25 июля 2022 года завершение строительства металлургического завода по переработке концентрата.

Таким образом,  речь идёт о строительстве полноценного горно-металлургического комплекса в густонаселённом районе Европы, на уникальных  чернозёмных почвах. В мире примеров  такого варварства нет.

Разработчик мотивирует экологическую безопасность производства, имея в виду только рудник,  его локальный характер: «Зона влияния предприятия не превысит 500 м, а расстояние до заповедника составляет 15 км» (официальный сайт компании «Воронежский  никель» (http://vrnickel.ru/eco/). Приведённый размер зоны абсолютно абсурден и рассчитан на крайне некомпетентную аудиторию.

На слушаниях в общественной палате области 20.12. 2012 представитель УГМК заявил уже другие данные: общий размер  территории добычи и обогащения составит 500 га. http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=2691

Однако если учесть площади, которые займут отвалы пустой породы и хвостотвалы,  и эта локализация производства представляется сильно заниженной, что вызывает сомнения в правдивости представленных разработчиком оценок и обоснований (см. раздел 4)

Несоблюдение ключевого условия, определённого распоряжением правительства РФ № 2360-р, может дать основания для инициации процесса отзыва лицензии ВРЖ 15395 ТР, а также проверки на содержание признаков должностного преступления членов конкурсной комиссии Федерального агентства по недропользованию.

Вызывает вопросы и изобилующее тёмными пятнами досье совладельца УГМК Искандера Махмудова, который  проходил по уголовным делам о незаконной торговле драгметаллами и хищениях на металлургическом комбинате. Он владеет оффшорными фирмами на Кипре, с помощью которых можно уходить от налоговых обязательств перед госбюджетом.

И.Махмудов замешан в нескольких рейдерских скандалах, овладев таким образом рядом предприятий, в том числе УГМК. Одним из самых крупных из них — попытка отобрать земли в Ново-Огарево, где находится резиденция бывшего тогда премьер-министром РФ В.Путина. http://www.moscow-post.com/economics/ugmk_na_trope_vojny8764/

Заместитель А.Козицына Г.Рудой не так давно содержался в тюремной камере «Матросской тишины» за участие в коррупционных схемах с чиновниками Росприроднадзора.

Если уже на первом этапе реализации проекта возникают столь серьёзные противоречия с законом, соблюдение разработчиком социальных, финансовых и экологических обязательств вызывает большие сомнения.

2. Анализ  мотивов  лоббистов проекта

Проект лоббируется руководством Воронежской области, отдельными учёными-экспертами.

УГМК удалось привлечь для поддержки проекта всего несколько учёных-экспертов. Их основной аргумент  — разработка необходима вследствие истощения  уже разрабатываемых месторождений.

Начальник отдела геологии и лицензирования по Воронежской области департамента по недропользованию в ЦФО, профессор, академик РАГН, заслуженный геолог России А. Плаксенко: «: Сегодня на Кольском полустрове уже остались только бедные и вкрапленные руды, в норильском регионе они залегают на большой глубине, соответственно, загрузка существующих горно-обогатительных комбинатов составляет 40-60%. В такой ситуации разработка воронежских месторождений может стать спасением для отрасли» http://www.bereg.vrn.ru/4050.html

Следует уточнить — о какой отрасли идёт речь? Цепочка: горнорудная промышленность — металлургия — машиностроение существует ради третьего звена. Но после распада СССР отечественное машиностроение было в значительной мере разрушено, поэтому сегодня потребности  России в никеле ничтожны — из выплавляемых в РФ 270 тыс. тонн экспортируется 260 тыс. тонн, т.е. РФ потребляет всего 3,7% выплавляемого никеля.  Очевидно, г-на Плаксенко волнует только первое и, возможно, второе звено, но именно они — самые «грязные» из всей цепочки. Тот факт, что Россия берёт  на себя именно их и связанные с ними экологические риски, обеспечивая металлом иностранное высокотехнологичное производство — прежде всего оборонную промышленность, авиапром, закрепляет за нашей страной унизительный статус сырьевой колонии, способствует её дальнейшей технологической и экологической деградации. Таков смысл высказывания г-на Плаксенко.

Странное двойственное впечатление оставляет заключение главного лоббиста проекта — доктора геолого-минералогических наук, члена-корреспондента РАН Н.Чернышова http://www.rg.ru/bussines/territ/292.shtm

http://36on.ru/news/interview/4254-chto-proishodit-vokrug-medno-nikelevyh-mestorozhdeniy-v-novohoperskom-rayone

Он пользуется профессиональной логикой геолога в её примитивном, узкокастовом варианте: разведано — значит надо добывать. Такой подход не учитывает комплексный характер проблемы,  её перспективу.

Заключение эксперта крайне противоречиво — высокопрофессональные оценки эколологического вреда, который неизбежно вызовет разработка руд, перемежаются недопустимыми  для   учёного бессмысленными пропагандистскими  клише, почерпнутыми  из арсенала олигархов:

«Если мы не начнём осваивать, мы не разовьемся в социальном аспекте. На сельском хозяйстве далеко не уедешь. А если одно за другим создавать новые предприятия, то, конечно, область приобретёт новый социальный облик. Без сырья мы никуда не выберемся. Создание новых горнорудных предприятий повлечет за собой социально-экономическую устойчивость региона. Позволит его окультурить. Потому что появятся дороги, клубы, школы, дома для престарелых. То есть создается огромный социум высокого уровня».

Высокотоксичная промзона окультурит регион, а русские люди, тысячелетия жившие в этом благодатном краю — социум низкого уровня? На таком странном языке разговаривает член-корреспондент Российской Академии Наук.

Эксперт, дав заключение о необходимости строительства рудника, возражает сам себе: «Насколько возможно переориентировать регион на горнорудную промышленность?… Надо будет куда-то переселить несколько десятков тысяч горняков из Норильска. Там им уже нечего делать. А они люди избалованные зарплатами: «Норникель» привезет своих геологов».

Стало быть, рабочих мест для местных жителей не будет?

Впечатляет «глубина» экономических оценок эксперта: «Какова, извините, будет наша доля от доходов предприятия? Может быть, она будет не очень большая, но ведь будет».

Лишено смысла и патетическое заявление г-на Чернышова: «Если зайдёт речь об обжиге на ГОКе:, то я сниму с себя всю ответственность как учёный и председатель общественного совета: Не хочу входить в историю не только как первооткрыватель воронежских медно-никелевых месторождений, но и как человек, который позволил разрушить уникальную экосистему райского уголка» http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=2691

Как представляет себе высокий эксперт этот процесс — снятие с себя ответственности — после того, как с его благословения будет запушен  необратимый процесс разрушения региона?

«Чернозем кормил и будет кормить, его надо беречь», — заявляет г-н Чернышов. И тут же благословляет его уничтожение.

Взаимоисключающие положения, которыми изобилуют высказывания г-на Чернышова, свидетельствуют: его заключение нельзя рассматривать как однозначное одобрение проекта.

Заведующая кафедрой экологической геологии Воронежского государственного университета профессор И. Косинова  по сути признаёт проект приемлемым, если будет минимизирована его  экологическая опасность посредством ряда мер — применение под отвалы оснований, которые не позволят проникать токсичным элементам в почву и в воду, защита поверхности отвалов смесями, предохраняющими от распыления вредных веществ, использование технологий купированияhttp://www.bereg.vrn.ru/4050.html,

Однако всё перечисленное экспертом мероприятия  следует отнести  к области абстрактных пожеланий. Серьёзных проработок вопроса, оценки стоимости природоохранных мер, гарантии  их осуществления общественности не предъявлены. Очевидно, что эксперт незнакома с практикой реализации подобных мер в сегодняшних условиях РФ — «инвесторы» обычно ими пренебрегают.

Более того, квалифицированный  эколог обязан  понимать, что все эти технологии, даже если они  и буду реализованы, лишь отчасти снижают экологические риски, сохраняя крайнюю опасность производства для окружающей среды.

Эксперт заявляет: «должно быть четко указано то, что здесь производится только добыча руды с ее последующей транспортировкой к месту переработки».

Однако это пожелание вряд ли будет реализовано (см. раздел 1).

Однозначно выступил в защиту проекта председатель комиссии по общественному развитию и экономической политике Общественной Палаты Воронежской области В.Эйтингон: «Новохопёрский район, уж извините за прямоту, бедняцкий. За последние пять лет у вас вымерло три тысячи человек, люди массово уезжают в поисках работы. За счёт чего вы собираетесь развиваться? В районном бюджете 70% доходов — из чужого кармана. Вы должны зарабатывать. А рудник — не только новое предприятие, но и развитие социальной сферы». Позиция циничная, узколобая, антигосудартвенная. Ангажированность данного персонажа не вызывает сомнений.

3. Экономический аспект — ценность почв и воды превосходит ценность разработки  руд

Мотивы вскрытия месторождения определяются исключительно коммерческими  интересами узкой группы бизнесменов. Конъюнктура мирового рынка (падение цен на никель) — на Лондонской бирже металлов тонна никеля стоила в 2011 году 29 тыс. долларов, в 2012 г 17,5 тыс дол.

Эта ситуация на рынке, а также угроза срыва мировой экономики в глобальную рецессию, а также  удешевление сырья позволяют приобрести месторождение по низкой цене. Но по прогнозам канадских специалистов, через 10-15 лет  стоимость никеля вырастет втрое.

Очевидно, интересами инвесторов вызвано и занижение мощности месторождения: Роснедра обнародовали цифру: 470 — 600 тыс. тонн, хотя эксперты совместно с институтом «Гипроникель» оценивают содержание никеля в Воронежских месторождениях  в 2 — 2,5 раза выше — 1,172 млн тонн.  При продаже не учтены платиноиды, которые являются  попутными компонентами при добыче медно-никелевых руд и стоят больше, чем сама руда. Их запас в данном месторождении оценен так:  платина — 46 тонн, золота — свыше 30 тонн.

Открытие нового производства принесёт инвесторам прибыль и дополнительные доходы, связанные  с переносом производства с Севера в среднюю полосу: отпадёт необходимость северных надбавок к зарплате и северного завоза продуктов, платы за проезд в период отпусков, возможно снижение зарплаты в 2-3 раза до уровня, принятого в сельских районах центральной России.

Губернатор А.Гордеев, обратился к Правительству РФ с предложением о скорейшем начале разработок: «Нам повезло, что у нас есть никель».  Он утверждает, что разработка месторождения даст «мощный импульс развитию экономики не только Новохоперского района, но и всей Воронежской области», Гордеев называет проект беспрецедентным по объёмам частных инвестиций.

По расчётам УГМК ежегодная прямая и косвенная экономическая выгода от нового производства для Новохоперского района составит 3 млрд 300 млн рублей.

http://www.ugmk.com/ru/press-center/news/index.php?id15=12747

Общий объём доходов областного бюджета в 2012 году прогнозировался в сумме около 54,4 миллиарда рублей. http://www.moe-online.ru/news/view/240142.html

Т.е. вклад предполагаемого производства  невелик — он составляет около 6% бюджета области. В условиях высокого уровня коррупции  в стране, сколько средств реально дойдёт до жителей? Этот вопрос остаётся открытым.

Протестные акции А. Гордеев назвал  «спекуляциями безответственных политиканов». Здесь, как и в прочих высказываниях по поводу проекта  использовано стандартное бюрократическое клише, не несущее смысловой нагрузки, содержащее нарушения элементарной логики, ибо протестуют против проекта, прежде всего, местные жители.

Роли чернозёма в развитии региона г-н Гордеев не видит, возможно, потому, что не имеет  профильного образования  (закончил Институт инженеров железнодорожного транспорта). Хотя даже школьник понимает, что чернозём — сокровище для сельского хозяйства.

А.Гордеев — бывший министр сельского хозяйства, глава чернозёмного региона, награждённый  полутора десятками орденов, медалей, благодарностей, в том числе за развитие аграрного комплекса. А потому он несёт ответственность за разрушение  сельскохозяйственного производства в России (из сельхозоборота выведено более 40 млн гектаров земель,  отечественное производство обеспечивает не более 30% внутренней потребности, что подрывает продовольственную безопасность страны). В 2012 году сельское хозяйство страны вообще обвалилось, показав падение темпов роста с + 23% в 2011 г. до — 4,7% в2012 г.

Более того, высокопоставленный чиновник, стремящийся превратить уникальный природный регион черноземья, бесценный для России и всего человечества в токсичные отвалы — вызывает вопрос о его соответствии занимаемой должности и о его профпригодности для государственной службы.

Очевидно, что г-н Гордеев, несмотря на его учёную степень доктора экономических наук,  не в состоянии оценить стоимость плодородных почв и чистой воды и сделать вывод о том, что она  несоизмеримо больше доходов от разработки руд.

На мировом рынке существует избыток никеля в то время как по данным Организации продовольствия и сельского хозяйства ООН уже сегодня  40 стран мира столкнулись с нехваткой продовольствия и резким ростом цен на него. Почти половина населения планеты страдает от голода, около 40% — от нехватки питьевой воды.

По мнению генерального секретаря ООН Пан Ги Муна,  «в ближайшие 20 лет жителям Земли потребуется на 50% больше продовольствия., на 30% больше питьевой воды». http://www.3rm.info/«

При интенсивной добыче месторождение будет исчерпано за 25-30 лет, в то время как  долговременный доход от использования  чистой воды и плодородных почв бесценен.

Кратковременная разработка руд означает практически вечное повреждение  региона — источника плодородных почв. Для формирования почвенного слоя мощностью 10 мм требуется от 10 до 400 лет,  почвенного слоя мощностью в 20 см — от 2000 до 8500 лет. Для почв, употребляемых  для земледелия, эти сроки гораздо больше.

Разработки руд выведут из арсеналов страны и человечества  один из важных источников продовольствия, что недопустимо в условиях, когда в связи с наводнениями и засухами, вызванными глобальными изменениями климата, ряд зернопроизводящих регионов мира снижают эффективность (США, Китай, Австралия).

Рост населения планеты вызывает необходимость интенсификации земледелия, приводит к широкому распространению эрозии  и деградации почв, при этом ценность русского чернозёма неизмеримо вырастает.

Таким образом, вопрос воды и продовольствия неизмеримо более актуален, чем производство металлов.  Сегодня это — вопрос геополитики, вопрос национальной безопасности страны.

При замене руководства региона на квалифицированных, государственно мыслящих  людей,  черноземье возможно превратить в мощный земледельческий район, который обеспечит Россию нормальными продуктами, вытеснив вредные импортные муляжи, лишь внешне напоминающие еду.  Выращенные на ядовитом коктейле из химических удобрений и пестицидов вместо почв, они наносят непоправимый вред  здоровью людей.  В этих условиях Воронежская область может стать локомотивом возрождения России.

Лоббисты проекта — бизнесмены, которые преследуют сиюминутные коммерческие интересы,  ловят конъюнктуру рынка, пренебрегая социальными и экологическими последствиями,  безответственные чиновники и немногочисленные эксперты. Даже опуская, что в этом ансамбле отсутствует коррупционная составляющая, их аргументы  не выдерживают критики.

4. Экологические последствия

Разработка руд приведёт к переводу значительных площадей из  разряда сельхозземель в земли промышленного назначения, при том, что в непосредственной близости от сооружаемой токсичной промзоны находится Хопёрский заповедник, река Хопёр, признанной ЮНЕСКО самой чистой рекой в Европе.

Разработчик акцентирует внимание общественности на том, что экологические риски устранит шахтный  метод добычи. Однако этот метод  мотивирован отнюдь не экологическими причинами, а большой глубиной залегания руд  (400 -1000 м).

Шахтный метод не ликвидирует экологические риски полностью. Для глубинных сульфидных руд основным компонентом является сера. Следовательно, при разработке будут образовываться серосодержащие газы, в частности сероводород. На аналогичном производстве в Финляндии первыми потребовали закрытия рудника представители турбизнеса из весьма отдалённых от рудника зон, т.к. шахта издавала запах тухлых яиц. В марте 2012 г. от высокой концентрации сероводорода здесь погиб рабочий, который не надел противогаз http://www.bellona.ru/articles_ru/articles_2012/1352969598.43

При взаимодействии с влагой воздуха и подземными водами  сера образует серную кислоту, которая неизбежно попадёт в поверхностные и глубинные водоносные пласты. Отвалы  приведут к неизбежным выпадениям кислотных осадков на больших территориях.

Вокруг аналогичного производства в Норильске кислотными осадками выжжено более 100 тыс. га лесотундры. Дымы Норильского никеля, содержащие серный ангидрид, перемещаясь через Арктику, загрязняют атмосферу Канады.  Таким образом, заявленная разработчиком локальность производства — 500 ми даже 500 га безосновательна.

Разработчики декларируют природоохранные  мероприятия,  которые якобы позволят снизить экологические риски: «Водоносные слои, питающие Хопёр, будут пройдены при строительстве шахтных стволов с заморозкой грунтов, тампонированием и бетонированием. В результате ситуация с обмелением Хопра будет исключена.

Для нужд обогащения будет использоваться вода, поднимаемая от основания шахт, очищаемая до необходимых технологических показателей. Подпитка также будет проводиться из шахты. Водооборот будет замкнутым, сброс сточных вод из технологического цикла будет невозможен» (http://vrnickel.ru/eco/).

Утверждение о невозможности сброса сточных вод вызывает большие сомнения. Так в шахте по добыче никеля на финском руднике «Талвиваара» в ноябре 2012 года произошла крупнейшая химическая авария на территории Финляндии. Объём выбросов опасного потока  составлял до 6 000 кубометров в час.

http://www.bellona.ru/articles_ru/articles_2012/13529..

http://www.gismeteo.ru/news/proisshestviya/utechka-na..

http://www.greenpeace.org/russia/ru/news/11-11-2012-f..

http://www.pravda.ru/news/accidents/13-11-2012/113453..

Выбросы сделали непригодной для питья воду озёр в радиусе 10 километров от места утечки.  Все ручьи и озера в этом регионе оказались загрязнены никелем — токсичным тяжелым металлом. Концентрация достигла уровня, опасного для флоры и фауны. Загрязненные воды собирали в резервуары, берега озёр обрабатывали специальным реагентом, нейтрализующим выбросы. Российские эксперты не исключили возможности попадания загрязнённых подземных вод в реки Карелии. В местных водоемах погибла рыба. Люди, живущие ниже по течению, потеряли источники питьевой воды. Величайшая ценность Финляндии — её реки, озера и ручьи были потеряны.

Протечки шламонакопителя были и ранее  в 2008, и в 2010 гг. Озёра поблизости в результате стали солёными. В  Хельсинки прошла акция под лозунгом «Остановим Талвиваару!». Заявление участников: «Только от нас зависит, будет ли шахта работать дальше или государство сможет найти в себе силы остановить её, чтобы такое больше не повторилось».

Ситуация в Финляндии намного стабильнее, чем в России, технологическая и экологическая культура, исполнительская дисциплина в этой страны неизмеримо выше. Однако и это не помогло предотвратить аварии. Существующие на территории РФ законы и практика их применения не позволяют осуществлять должный надзор за деятельностью опасных производств.

Поскольку  ствол шахты перережет водоносные слои, неизбежно упадёт уровень грунтовых вод, а затем и Хопра. Возможно и смешение чистой питьевой воды со слоем бром-йодистых  вод. Это — преступная расточительность, поскольку лишь 5% всех вод  региона  пригодны для питья. Шахты потребуют много воды — для охлаждения буровой аппаратуры, для создания пылепоглощающих завес в выработке. Проект неизбежно нанесёт вред водным ресурсам региона.

По признанию г-на Чернышова разработка  руд вызовет «страшное загрязнение вод, ибо у нас нет чистых приёмов отработки месторождений: в шахты ежесуточно будет поступать 3 тыс. кубометров воды, в основном питьевой, которую использует регион.  На месторождении есть рассолы, которые  могут разлиться по чернозёму, вызывая осолонение почвы, её гибель». Проблема —  куда девать «рассолы» не решена. Предлагается использовать их для лечебных ванн, но это ничтожное количество воды. Остальное следовало бы опреснить, прежде чем сбросить в водоёмы, но опреснение поступающих из шахт солёных стоит дорого — инвесторы в РФ обычно на эти траты не идут. Даже если очистка будет,  возникнет вопрос — куда будут отправлены фильтры — в почву, в воду?

Существует и серьёзная проблема отвалов. Ясно, что их объёмы будут велики в связи с большой глубиной разработок. Порода с таких глубин токсична, она содержит, в частности, тяжелые металлы — никель, молибден, которые нанесут вред природе региона, человеку. Вопрос — куда поступит извлечённая из шахт пустая порода — открыт. Не будут ли её сбрасывать в овраги, уничтожая родники?

Инвестор декларирует в качестве защиты основания трёхслойную плёнку и не упоминает о цементировании площадок для отвалов.  Создаст ли плёнка необходимую гидроизоляцию отвалов?  И как разработчик будет изолировать их поверхность от  атмосферных осадков? Известно, что некоторые вещества, использующиеся доля покрытия, разлагаясь, дают токсичные компоненты. Как показывает практика, отвалы неизбежно приводят к загрязнению почв и вод.

Дополнительные экологические опасности несёт ГОК, который неизбежно будет сооружён (см. раздел 1).

— При дроблении породы образуется пыль, гашение которой требует большого количества воды. Эта  вода не может быть возвращена в питающий водоём из-за высокой кислотности. Ответ на вопрос — куда она будет сливаться? — не проработан.

— При обогащение руды флотационным методом потребляется около 50 тонн воды на 1 тонну рудного концентрата.

— Этот процесс осуществляется с  использованием высокотоксичных растворов.

Где взять столько воды в засушливом регионе? И где гарантии, что инвестор пойдёт на сооружение дорогостоящих очистных сооружений и не сбросит подкисленную воду в Дон?

Месторождения медно-никелевых руд во всем мире заражены мышьяком, его содержание в  воронежских рудах примерно 0,05%, в  концентре будет около 0,1%

(предельно допустимая концентрация 0,06%), т.е. концентрат будет  ядовит. Дышать обогащенным мышьяком нельзя. Соединения мышьяка будут и в «хвостах», что не исключает его попадания в Дон — это  может породить  экологическую катастрофу чудовищного масштаба.

Если зайдёт речь об обжиге на ГОКе, сера и мышьяк попадут в  атмосферу.

При обогащении руды 96% её составит  пустая порода. При предполагаемых объёмах добычи это даст около 500 тысяч кубометров «хвостов» в год. Куда их поместят? Ясного ответа на этот вопрос нет.

«Хвосты» сернистых руд, как и сами сернистые руды, способны к самовозгоранию.

Кубические километрами пустот, которые образуются после добычи  руды,  создадут угрозы  устойчивости сооружений, вызовут опасность оползней в районе Дона. Проблема усугубляется тем, что  территория сейсмически неустойчива.

Проблема отработанной породы и возникающих пустот не нашла приемлемых решений  при разработке других месторождений. Например, на Кольском полуострове выработки залили водой, создав ядовитое озеро.

Предполагаемое производство несёт и другую опасность, распространяющуюся на большие площади — шум, вредный для животных и людей.

5. Влияние на здоровье  людей и  животных

Нарушение почвенного слоя, подъём на поверхность глубинных пород, содержащих тяжёлые металлы, вредные испарения отвалов и загрязнение вод  нанесёт непоправимый вред уникальной флоре и фауне региона. Новохопёрский заповедник может перестать существовать.

В заповеднике под охраной находятся более 100 видов высших растений, 45 видов млекопитающих (в том числе исчезающая выхухоль), 48 рыб, 236 птиц.

Cогласно типовому положению о государственных заповедниках РФ, на их территории запрещается любая деятельность, противоречащая режиму особой охраны, то есть действия, изменяющие гидрологические показатели, а также изыскательские работы и разработка полезных ископаемых, загрязнение бытовыми и производственными отходами. Предполагаемое производство противоречит этому положению.

При проходке шахт будут перерезаны водоносные слои, что вызовет снижение уровня грунтовых вод. Разработки нанесут серьёзный удар по рекам Азовского бассейна, весьма вероятно, что многие из них перестанут существовать. Это вызовет пересыхание  пойменных водоёмов — мест обитания выхухолей может привести к гибели этого редкого вида реликтовых животных, для  изучения которых Всемирный фонд дикой природы выделил специальный грант. Снижение уровня  грунтовых вод на десяток метров уничтожит пойменный заповедник целиком.

Вред высокотоксичной промзоны для человека неоценим. Исследование ситуации в регионах, где расположены аналогичные производства, свидетельствует о серьёзном повреждении здоровья людей. Норильск входит в десятку наиболее загрязненных городов мира http://svpressa.ru/society/article/46373/

Содержание загрязняющих веществ в атмосфере города редко бывает ниже 4-5 ПДК (предельно допустимые концентрации). Выбросы углекислого газа местных предприятий составляют два процента от мировых. Уровень концентрации никеля в растениях превышен по сравнению с предельно допустимой нормой в 8 раз, цинка и свинца — в 6, кадмия — в 46, меди — в 25 раз. О многом говорит уже тот  факт, что в г.Норильске в начале нулевых годов была  ликвидирована служба мониторинга состава воздуха. В городе часто падает тёмный снег, вода в местных водоемах покрыта цветными плёнками.

Жители Норильска постоянно жалуются на затруднения дыхания, вызываемые резким запахом в воздухе. Среди населения города значительно повышены показатели по аллергии, бронхиальной астме, порокам развития сердечно-сосудистой системы и почек, органов дыхания и пищеварения, болезням крови. Растёт статистика расстройств психики, в том числе среди детей. Онкологические заболевания развиваются у жителей Норильска в два раза чаще, чем в других регионах страны.

Средняя продолжительность жизни в Норильске на 10 лет меньше, чем в среднем по стране.

Люди покидают город. В течение 1990-х годов численность населения Норильска уменьшилась более чем на 40 000 человек, и в настоящее время составляет около 130 тысяч человек.

Хотя выступавший на телеканале РБК 5.02. 2013 года заместитель директора завода Норникель утверждал, что в 2012 году затрачено 12 млрд рублей на природоохранные мероприятия и обещал сделать воздух как в Сочи, это характеризует лишь его правдивости, тем более, что он скрыл аварию в Талвивааре и объяснил истинную причину прекращения поставок на комбинат финского сырья   «проблемами менеджмента». Впрочем,  заявление о сочинской чистоте воздуха вскоре может стать правдивым, ибо олимпийское строительство быстро приближает атмосферу Сочи к норильским показателям.

Атмосфера Орска, где работает ЮУНК (Южно-уральский никелевый комбинат),  хронически показывает  повышенное по сравнению с ПДК содержание диоксида серы, оксида углерода  и других вредных веществ http://ecology56.ucoz.ru/news/ehkologicheskaja_informacija_po_gorodu_orsku_za_mart_2011g/2011-04-06-109

По свидетельству жителя города: «Детей с физическими отклонениями в Орске рождается много, чему способствует ужасная экология»

http://orsk.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=33738&Itemid=108

Кировоград, где предполагается переработка воронежской руды, благодаря медеплавильному производству УГМК — самый грязный город не только Свердловской области, но и России. Перспектива открытия переработки никелевых руд вызывает протесты жителей города.

Жители города сомневаются в том, что выпуск 50 тысяч тонн никеля в год пройдет бесследно для их здоровья. Не утешают жителей и небольшие деньги, которые получат десятки населенных пунктов, по территории которых непрерывным потоком пойдут вагоны с рудой. И больница, ремонтируемая  на средства УГМК с 2004 года — слабый аргумент  в защиту никелевого производства в глазах тех, кого привезут сюда умирать от рака.http://polit.ru/news/2012/05/25/ugmk/

Протесты жителей Владикавказа вызывает принадлежащий УГМК завод «Электроцинк»,  который выбрасывает 31 наименование вредных веществ. Превышение ПДК по диоксиду серы составляет зачастую 3-4 раза, оксида углерода в 2 раза, диоксида азота в 4 раза, аммиака в 3 раза, этанола в 2 раза.

5. Социальные последствия

На территории предполагаемых разработок находятся десятки  древних курганов и поселений эпох от бронзы до средневековья — производство нанесёт невосполнимый урон историческому наследию страны.

Традиционно хозяйственная деятельность Новохопёрского района  сосредоточена на сельском хозяйстве, пищевой и перерабатывающей промышленности: площадь сельскохозяйственных угодий района составляет 155 тыс. га, 22 сельхозпредприятия, 95 фермерских хозяйств, 7  промышленных предприятий, производящих сахар, спирт, растительное и животное масло, цельномолочную продукцию, хлебобулочные изделия. В общем объёме промышленного производства района 94 % составляет производство пищевых продуктов.

Годовой оборот сельскохозяйственной продукции в Воронежской области превышает 300 миллионов долларов в год, производство медно-никелевого концентрата предполагает обороты на порядок ниже.

Этой базовой отрасли будет нанесён ущерб, т.к. соседство токсичной промзоны  снизит качество продукции, и, соответственно, доходы производителей. Потеря репутации региона  как экологически чистого окажет долгосрочное негативное влияние на рынок сбыта  его продукции.

Промзона, которая просуществует не более 30 лет, навсегда разрушат уникальный живописный ландшафт, ухудшат жизнь людей, приведут к невозможности проживания людей  на территориях, которые займёт промзона.

Компания — разработчик  декларирует: «Воронежский никель» — это не только промышленный, но и социально-экономический прорыв для отдалённых районов Воронежской области, которые получат новые надёжные источники доходов, стимулы для развития инфраструктуры, создания рабочих мест в смежных отраслях и сфере услуг (http://vrnickel.ru/).

По данным компания в рамках проекта будет создано более 4 тысяч новых рабочих мест — ничтожное число — при том, что  население района составляет 43 тысячи  человек. Кроме того, в  регионе нет специалистов требующегося для нового производства  профиля — местное население может рассчитывать только на низкооплачиваемые рабочие места  подсобников, но и здесь разработчик с большой вероятностью предпочтёт  использовать   дешёвый труд мигрантов.

В регион пойдёт поток приезжих, разрушая сложившуюся стабильность социума, создавая социальную напряжённость. Новое производство будет означать уничтожение традиционной среды обитания местного населения, традиционного образа жизни, слом  русской культурной матрицы, что вызовет  люмпенизацию населения, рост преступности, алкоголизации, наркомании, проституции.

Известно, что отравление токсинами вызывает повреждение нервной системы. Это можно рассматривать в качестве одной из причин развития агрессивности,

преступности, алкоголизма, наркомании. Загрязнённый промышленный Урал является зоной такого высокого уровня наркомании (90% процентов школьников пробовали наркотики), что создалась необходимость создания в Екатеринбурге организации «Город без наркотиков».

В целом социальные последствия никелевого проекта для региона окажутся сугубо негативными,  они резко ухудшат жизнь людей, что вызывает острые противостояния различных социальных групп. Перспектива открытия в регионе вредного производства уже вызывают резкие протесты жителей — многочисленные митинги, петиции, обращения к руководству региона и страны, в прокуратуру и в прессу, создание общественных экологических организаций, которые добиваются отзыва лицензий на доразведку и освоение месторождений, полного запрета на разработку руд в черноземье, развития сектора экологических услуг и сельского хозяйства.

Проект вызывает протесты населения не только в Новохопёрском районе, но и в области и прилегающих регионах. Он создаёт резко негативный образ бизнеса, наносит удар по авторитету региональной и федеральной власти, создаёт социально-политическую напряжённость в стране, чреватую социальным взрывом Безусловно, условие развития региона,  сохранности здоровья и жизни его населения, состоит в сбережении его естественных  богатств — чистого воздуха, чистой воды, чернозёма. Логичной для региона с его рекордно плодородными почвами и благоприятной экологией является  опора на сельское хозяйство, экотуризм, народные ремёсла. Логично использование его как рекреационной зоны, восстанавливающей здоровье.

ВЫВОДЫ

1. Предлагаемое к разработке месторождение содержит бедные, глубоко залегающие руды, что снижает экономическую целесообразность разработок.   Основную экономическую выгоду получат собственники УГМК, а также  иностранные машиностроительные компании. Иностранные компании возьмут под контроль последнее месторождение никелевых руд в России. Доля региона в предполагаемых прибылях ничтожно мала.

2. Предполагаемое производство использует старые технологии, исключающие эффективное комплексное извлечение полезных веществ. Переход к новым технологиям, комплексную перестройку бизнес на территории РФ не реализует, так как настроен на  быстрое получение прибыли, «короткие деньги»

3. Практика показывает — бизнес на территории  Российской Федерации избегает трат на природоохранные мероприятия, предпочитая быстрое получение высокой прибыли за счёт варварской эксплуатации природы. В условиях, когда экологические нормы на территории РФ повсеместно игнорируются ради увеличения прибыли бизнеса,  реализация всех заявленных разработчиками и экспертами-лоббистами природоохранных мероприятий не гарантирована.

4. В условиях постоянно усиливающейся глобальной экологической катастрофы, создание ещё одного мощного очага повреждения экосистемы  может стать толчком, стимулирующим приближение экологического коллапса на планете.

5. Проект несёт мощное повреждение биоты, чрезвычайные негативные экологические и социальные последствия, практически вечное повреждение драгоценных почв, рек Азовского бассейна, грунтовых вод.

6. Приведённые аргументы дают однозначный ответ: вопрос о разработке данного месторождения должен быть снят.

7. Действия разработчиков месторождения и их лоббистов должны стать предметом разбирательства правоохранительных органов РФ, поскольку  подпадают под статью 358 Уголовного Кодекса Российской Федерации «Экоцид», которая предусматривает наказание в виде  лишения свободы на срок от двенадцати до двадцати лет за массовое уничтожение растительного или животного мира, а также совершение действий, способных вызвать экологическую катастрофу. Срока давности в назначении ответственности за преступление эта статья не предусматривает.

8. Руды Новохопёрского района — последние в Европе крупные залежи никеля необходимо сохранить для будущих поколений, которые найдут безопасные способы разработки либо достигнут такого прогресса, что смогут обойтись тем, что присутствует на  поверхности Земли, и не станут повреждать планету, сокращая её и свою жизнь.

Лемешев М.Я., доктор экономических наук, член-корреспондент РАЕН, эколог

Фионова Л.К., доктор физико-математических наук, материаловед, эколог

Ермакова И.В., доктор биологических наук, эксперт по продовольственной и экологической безопасности

Лисовский Ю.А., кандидат физико-математических наук, материаловед, экономист

Самарин А.Н., кандидат философских наук, социолог

Васин В.Я., эколог, бывший начальник отдела Минприроды РФ

Докучаева А.В., кандидат физико-математических наук, политолог

12 февраля 2013 года, г. Москва

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *