Опубликовано

15 ДЕКАБРЯ В МОСКВЕ ПОГУЛЯЛИ ПО ЛУБЯНСКОЙ ПЛОЩАДИ

Обращение общества <Московский Мемориал>

Переговоры Координационного Совета оппозиции с властями Москвы о проведении марша 15 декабря не увенчались успехом. Шествие отменено. Между тем из средств массовой информации и интернета нам стало известно, что ряд граждан заявили о намерении в этот день прийти и возложить цветы к Соловецкому камню, установленному <Мемориалом> на Лубянской площади в 1990 году в память о жертвах коммунистического террора. Мы опасаемся эксцессов и актов насилия у места, которое напоминает всем нам: политическое насилие неизбежно ведет страну в пропасть. Мы призываем власти Москвы и органы правопорядка не препятствовать свободному проходу граждан к Соловецкому камню. Мы призываем всех граждан воздержаться от любых действий, которые могут помешать спокойному и мирному возложению цветов к памятнику жертвам политических репрессий.

Правление общества <Московский Мемориал>, memorial.rus@gmail.com, 14 декабря 2012 г.

Адреналиновые акции и реакции

Вот и завершился в Москве «Марш свободы». И марш, и задержания, и освобождения задержанных.

Если непредвзято судить по сообщениям из блогов и твитов, статьям и репортажам в проправительственных СМИ, форумам и комментариям «свободной прессы», никто ничего не понял.

Не понял сам Координационный совет оппозиции — чего добивался и чего добился. Не поняли приходившие люди — чего добились и какую цель (кроме поддержания своего внутреннего чувства) преследовали. Не поняли власти — чего хотели-то собравшиеся? Не поняли толкователи — а что, собственно, произошло?

При этом толкователи считают, что всё поняли. Одни — что произошёл очередной беспредел с разгоном людей, имевших полное право собираться мирно где вздумается. Другие — что оппозиция «сдулась» и не смогла провести «настоящую акцию протеста». Третьи — что оппозиция «в очередной раз показала свою [censored]», пропиарилась и получила гонорары. Ну, и что всё больше народу «понимает её сучность», а потому на митинги не идёт…

Напомним: акция согласовывалась долго, и так и не получила согласования. Напомним и про то, что по конституции и исходному, «неправленому» закону, акции должны иметь уведомительный характер: инициаторы предпредили власти, что намерены собраться тогда-то там-то примерно в таком-то количестве, и что за порядок будет отвечать тот-то и тот-то, а власти — прикинуть, не слишком ли сильно помешает акция остальному городу, и предоставить правоохранителей для того, чтобы помочь ответственным за порядок предотвращать и прекращать его нарушения.

Так вот, акция не была согласована, поэтому организаторы НЕ ПЛАНИРОВАЛИ митинг, а призвали всех сторонников придти к Соловецкому камню на Лубянке и возложить цветы. Без выкрикивания лозунгов, плакатов и прочей атрибутики митинга. Этакий флеш-моб. Правда, не единомоментный, а растянутый на несколько часов. Какая цель у флеш-моба? Разве что продемонстрировать себе и миру способность договориться хоть о чём-то (и увидеть других участников договора в лицо, а то вдруг не понравятся — и в следующий раз не захочется с ними договариваться?). Ну вот, это и было целью данной акции — продемонстрировать, что люди договорились о некоторых ценностях для себя. О ценностях, игнорируемых властями, да. Это важное уточнение — для них самих и для власти. Но — всего лишь уточнение. И в рамках этого договора о каком разгоне может идти речь? Только в случае, если кто-то начнёт беспорядки. А что есть беспорядки?

У нормальных людей под этим словом понимают вопли, крики, битьё чужих физиономий, машин и витрин, швырянье бутылками с содержимым и без, хватание за грудки и тяжёлые предметы — как по отдельности, так и в совокупности. Было ли это? — нет. Почему после половины пятого началось выдавливание народа с площади и вытаскивание отдельных людей из толпы волоком? Фактически, произошёл разгон народного гулянья.

Дальше. Все ли из пришедших знали, за чем шли? Отклики показывают — нет, не все. Часть людей шла именно на митинг. То есть готовилась слушать речи, может быть — говорить самим, кричать какие-то лозунги… Короче, была не в курсе смены формата. И потому была разочарована и количеством людей на площади, и самим «действом». Обманули сами себя — и увидели в этом чужую вину; вот вам и реакция «оппозиция сдулась».

Другая часть (в основном молодёжь) шла за ДЕЙСТВИЕМ. За противостоянием, адреналином, геройством… нет, геройствованием, зрелищем, СОБЫТИЕМ, в котором можно участвовать. Важным событием, причастность к которому даёт очки пусть даже не в глазах окружающих, но хотя бы в своих собственных. Смеётесь?

Напрасно. Это важно, и то, что такие настроения не учитываются взрослыми дядями и тётями — очень опасная тенденция. Именно такие настроения стоят в фундаменте всех революций: отсутствие для молодёжи, чья физиология требует насыщенных чувствами действий, возможности реализовать свою потребность в переменах, в «экшн», в максимальном всплеске энергии. Загнанные внутрь, эти потребности вырождаются в различные моральные уродства — от фанов, бьющихся насмерть с поклонниками противника, до «молоточников»-Брейвиков, от «фашиков» до «краснобригадовцев», от гопников до революционеров-бомбистов… Чем сильнее в государстве стараются «держать и не пущать», тем больше будет проявлений вот этих «выхлопов» силы молодецкой, слишком редко сопровождающейся хоть каким-то наличием интеллектуальных проявлений.

Третья часть пришла «с кем-то». То есть, сами не знали ещё накануне, что пойдут, но тут позвонил друг-подруга, или прочли в чьём-то твиттере, или услышали, что народ идёт — и спонтанно отправились. Конечно, они не знали, что и как предполагается.

Зачем туда шли лидеры — понятно. Раз звали других, значит, должны были идти и сами. Ситуация «назвался груздем». Хотя есть здесь и другой психологический аспект.

Раз попав в это течение — оказавшись во главе колонны — человек попадает в ловушку эволюции: он оказался в определённом сообществе «альфой». В принципе, можно с этой иглы соскочить, если её вовремя заметить и задаться такой целью. Но это как с влюблённостью. Многие ли, влюбившись «с первого взгляда», понимают, что за них всё решили гормоны и эволюционная программа, и включают голову на предмет «а стоит ли подставлять семью ради этого увлечения»? Ох, боюсь, что процент таких разумников находится в пределах статпогрешности… Вот так и здесь. Программа в подкорке говорит: «веди!

Руководи! Иначе свергнут и затопчут». Включается «автопилот»… и — «Поехали!»..

Это и есть та самая пресловутая развращающая составляющая власти. Она ведь не только в государстве или муниципалитете бывает, и не только в компаниях и корпорациях. Она и в семье, и в дружеской компании, и на сцене, и на митинге. Разной степени влияния, разной силы, разной высоты, если можно так сказать, но — власть. И она чем больше, тем сильнее «забирает». Программа в подкорочке — это иной раз круче, чем любые «гранты» — что «госдепа», что «госфинансирования».

Есть и отличие власти над умами от власти над корпорациями. Имеющие первую редко стремятся ко второй, а имеющие вторую, но не имеющие первой очень хотят её заполучить. Удаётся немногим. И те, кто не получил, начинают имитировать её наличие, или пускаться на популизм, или создавать суррогаты.

Хотят ли «известные оппозиционеры», они же «лидеры оппозиции» реально сесть в кресло президента? Точно известно, что от этого кресла не отказался бы в своё время Григорий Явлинский и не откажется, буде предложат, Михаил Прохоров. Но как-то так уж сложилось, что под оппозицией сейчас в чисто бытовых разговорах подразумеваются «несистемщики». И из всех засветившихся имён так называемых «оппов» реальными президентскими или премьерскими амбициями обладали… ну, может быть Касьянов да Каспаров, абсолютно точно «непроходные» и знающие это не хуже их противников. Ну и разве что вдруг активизируется промелькнувший в рядах Болотной Кудрин — хотя вряд ли.

А вот кивки на того же Алексея Навального как претендента на высший пост в государстве даже не смешны. «Костюмчик» примеряют на него противники и сторонники, но он-то сам его носить не собирался и явно не собирается. Вот пост в правительстве — это возможно, но «возглавлять нацию»?!.. Он слишком умён для того, чтобы не понимать: при честных выборах ему там «не светит», а нечестные его же самого и уничтожат. Хотя, конечно, опять-таки зависит от потенциальных соперников: если это будут Чубайс да Кириенко — тогда да, тогда Лёша легко получит свою Голгофу со всеми причитающимися. А вот с теми же Явлинским и Прохоровым — выборы проиграет, но политически выживет, и даже, скорее всего, станет министром или советником.

А что же народ? Тот народ, что прошлой зимой и весной выходил на площади, как в начале прошлого века шли на Первомай — с воодушевлением, с лозунгами, с надеждами, с братанием?

Стрессовые ситуации бывают не только у отдельных людей, но и у всего общества. В состоянии стресса что человеческий, что общественный организм способен на многое удивительное и фантастическое. Энтузиазм, охватывающий общества при революционной смене формаций, — из той же серии. Но выброс адреналина не может быть длительным, а цена запредельных рывков и прорывов — усталость, обессиливание, вплоть до комы. Жить в состоянии вечного стресса невозможно. Или организм привыкнет, адаптируется и перестанет реагировать на раздражитель — или погибнет.

Поэтому есть время разбрасывать камни, и есть время их собирать. Видим, что люди перестают остро реагировать на несправедливость, притеснения, ложь, прочие «прелести» властных злоупотреблений — не нужно стремиться «поднять народ». Он не поднимется, у него массовый откат после адреналина, а идеи — даже самые передовые! — окажутся в разряде затёртых штампов.

Поэтому нужно понять: период массовых акций возмущения на сегодня завершён. Всплеск должен перейти в плавную кривую, нужны не акции — работа.

Заметная работа, самостоятельная, на каждое неудачное начинание критикуемой власти — два, три полезных, продуманных и взвешенных начинания оппозиции;

на каждое идиотское постановление — альтернативные варианты, озвучивающиеся как можно шире и отправляемые после этого в качестве инициатив тем же самым противникам: «вот как надо!»

По идее, КС для этого и родился. Для работы, а не для акций. А митинги… Если их не девальвировать использованием по поводу каждого чиха или вообще без повода, то они будут очень действенны в условиях реально кризисных ситуаций. А вот если их продолжать «прокачивать» со всё меньшим числом «не заснувших» — то в критический момент они могут просто сорваться.

Оно нам надо, друзья мои?

Анна Машерова, 16.12.2012, URL:http://newsbabr.com/?IDE=110664

Героический период

Первые уроки достославных событий 15 декабря

Власть потерпела публичное заслуженное унижение. Тупой и самодурный запрет «Марша свободы», при этом осужденный всеми, закономерно привел к тому, что вместо пустого и помпезного шествия с оркестром и креативными открытками, демонстрации, ставшей очевидными похоронами протестного движения, прошла эффектная демонстрация гражданского достоинства «внесистемной оппозиции». И мэрия, и стоящее за ней управление внутренней политики АП еще раз показали «древнее искусство» отечественных правителей создавать революционную ситуацию.

Публичное и жестокое поражение потерпели те, кто призывал не ходить, запугивал изо всех сил и прочее.

Поскольку власти понимали, что 15 декабря решается судьба не только протестного движения, но и Декабрьской антикриминальной революции, то в ход были пущены все резервы, и многие, ранее притворявшиеся отчаянными радикалами, вдруг заговорили на «портяночно-лимоновском» сленге. Особенно впечатляли обещания неизбежной кровавой бани, в которую обанкротившиеся вожди якобы втягивают простодушных. С 15 декабря все они превратились в политические трупы. Демонстративный полицейский диктат вынудил, несмотря на конфликт внутри Координационного совета оппозиции, проявить в общении с московскими чиновниками единство, причем на позициях, куда более близким к радикальным. А именно власть, к диалогу с которой призывали полгода, показала свою полную недоговороспособность.

Стал явен отход «попутчиков» и «прилипал» от протестного движения. Отошли те, кто рассматривал движение как увлекательную игру и приключение. Отошли фрондирующие толстосумы и играющие в оппозицию от скуки клерки.

Протестное движение завершило свой «романтический» период и перешло к «героическому». Что касается произошедшей селекции, то надо вспомнить историю о том, как судия Израильский Гедеон отбирал войско для решающего боя. Он велел добровольцам попить из реки — опытные бойцы (числом 300) легли на землю и, не выпуская из рук оружия, стали лакать воду по-собачьи. Их он и взял. Тех же, кто беспечно отложил оружие и стал прилично черпать воду горстями, он оправил в резерв. Итак, 15 декабря освободило протестное движение от влияния и трусов, и провокаторов одновременно.

Однако вожди протеста не должны триумфировать: хотя к Болотной площади пришло достаточно, чтобы предотвратить «кровавую баню» (которая, несомненно, ждала бы, если бы число пришедших было в несколько раз меньше), но не достаточно, чтобы говорить о полной победе. Стало отчетливо ясно, что события 15 декабря, ознаменовав новый этап борьбы, тоже в каком-то виде перечеркнули прошедший год протестов. Оказалось, что минувшие 376 дней (с 05.12.11 по 15.12.12) были лишь генеральной репетицией настоящего движения, подготовительным периодом, этапом отбора лидеров, лозунгов, тактики и стратегии, временем расставания с иллюзиями и ложными друзьями. Как говорит английская народная пословица: «Леди с кэба — кобыле легче».

О лозунгах и программах. Случившееся 15 декабря напомнили анекдот 35-летней давности (на пике диссидентского движения): «КГБ допрашивает молодого интеллигента, пойманного за расклейкой в центре столицы на стенах пустых листов. «А почему ничего не написано?» — удивляется чекист. — «А зачем писать? Итак, все всем ясно:»

Просто выход на улицу «в свой назначенный час» — это такое выражение презрения к власти и ее антиконституционным действиям, такой жест гражданского достоинства, что лишних слов не надо.

Произошла напугавшая стольких поляризация: мы — граждане, вы — захватчики наших гражданских прав; у нас не политзаключенные, а — пленные, и посему вас ждет русский «список Магнитского» и не на 60 рыл, а на три порядка больше.

Однако нельзя наслаждаться вот таким «дзеновским» эффектом от оглушительного «хлопка одной ладонью» (знаменитый дзен-буддийский вопрос-коан: «Как звучат аплодисменты одной рукой?»). Вновь сплотившаяся оппозиция должна выработать не «дорожную карту» своего не случившегося прихода к власти (вспомним бесславную судьбу так гремевшей 22 года назад «программы 300 дней» Федорова — Шаталова — Явлинского, где по суткам была расписана не только либерализация экономики, но и реформа силовых структур), а компактную, но комплексную платформу. Общество должно представлять, не на какую неделю после победы демократии пройдет референдум по заранее подготовленной Конституции, а что будет с налогами, с ипотекой, с правами наемных работников, с правами съемщиков квартир: Составить такой компромиссный вариант, который закономерно будет ближе к позициям правой социал-демократии (неизбежное среднее геометрическое между консерваторами, левыми либералами и левыми социалистами, объединившимися сегодня в протестах), не так уж сложно. В Испании конца 70-х с этим справились, назвав результат пактом Монклоа. Именно поэтому в конце ноября прошлого года я говорил о составлении российского «пакта Монклоа», призвав готовить круглые столы не с Кремлем, а между отрядами политической (и внеполитической, гражданской) оппозиции — для выработки общей и политической, и социально-экономической платформы.

Провалы минувшего года протестов имели ту же причину, что и провалы Временного правительства (и князя Львова, и Керенского) — концентрация на вопросах высшей политики, перенос реальных реформ до момента выбора Учредительного собрания. Такая «непредрешенческая» щепетильность и погубила первое в нашей стране демократическое руководство.

Общество должно сейчас, когда оно одержало значительную моральную и политическую победу над властями, узнать от оппозиции не сколько статей Конституции отберут у президента и передадут премьеру в случае ее победы, не то, что «наконец-то свободные граждане России получат право набить демократически избранный парламент» десятками ненавидящих друг друга партий, а что ждать по свободе слова и собраний, что по судебной и полицейской реформам, что по финансам и по СМИ, по университетам, школам и больницам.

Будет ли люстрация адептов режима и каким кругом функционеров партии власти и должностных лиц она ограничится (или не ограничится)? Что будет с монополизированным бизнесом, сросшимся с властью? С госкорпорациями? Какие права вернут трудовым коллективам? (Я бы для начала — дал им контролирующие права миноритарного акционера.) Вот, что общество должно узнать.

Эйфория успеха «второго декабря» быстро пройдет. Нельзя почивать на лаврах морального торжества, как это произошло с участниками «Стретегии-31»:

один раз умыли власть, два раза умыли власть. Ну, вот она ходит мокрая и злая, как оса, выбравшаяся из стакана чая, но надо идти дальше. И главное — забыть такое любимое среди оппозиции мелкотравчатое политиканство — это вечное стремление взбить сметанку даже из фекалий. Тот же триумфатор сегодняшнего дня Навальный не должен забывать свой главный политический промах — результатом его «хитроумного» лозунга «Любой, кроме ЕдРа» стало совершенно незаслуженное накачивание голосами КПРФ и «Справороссов», проявивших себя последовательными стратегическими союзниками партии власти, вполне заслуживающими люстрации соучастниками «едерной» номенклатуры.

Оппозиция не имеет права еще раз скатиться в «керенщину» самого дурного пошиба. Сегодня у нее еще есть шанс на победу — она показала бесстрашие и сплоченность, а кризис кануна 15-15 очистил днище ее бригантины от «бороды» прилипших водорослей и ракушек, а ее ряды временно, но избавил от трусов, предателей и «оборотней».

Евгений Ихлов, 17 декабря 2012 года, http://www.kasparov.ru/material.php?id=50CEF3833F6E5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *