Опубликовано

ДЕФОРМАЦИЯ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА: ЭКОЛОГИ ПОПАЛИ В ШПИОНЫ

«УКЛОНЧИВЫЙ И САМОТНЫЙ ОБРАЗ ДЕЙСТВИЙ»

Бурные политические события минувшей весны, включая законодательную активность Госдумы, так или иначе крутятся вокруг того, что в мире принято звать гражданским обществом и соотносить с фундаментальными правами человека. Громкий процесс над «приморскими партизанами», нашумевший панк-молебен в главном храме столицы, осуждение краснодарских экологов за надпись на незаконно поставленном губернаторском заборе, массовое бегство уважаемых людей из Совета при Президенте по делам гражданского общества, наконец крайне сомнительные законы об иностранных агентах и о клевете — все это могло бы остаться не слишком замеченным, если бы не затрагивало право каждого из нас на защиту от государственного произвола. А именно это право и гарантирует нам Конституция: от иных бед вроде наводнений и пожаров люди уже привыкают спасаться сами. Государство, в основном, озабочено защитой тех, кто его как бы олицетворяет, причем защитой и от разных стихий, и от народа. Ради этого, а вовсе не для обустройства нашей рутинной жизни, на самом деле существуют такие могучие структуры как МЧС, МВД, ФСО, УДП и многие другие. Если и случаются некоторые отклонения от их главной задачи, и им удается помочь кому-то из рядовых граждан, это не более чем исключения, подтверждающие правило.

Сформулировать это правило, определяющее поведение наших высших властей в последнее время,  можно так: главная угроза режиму таится не в Аль-Каиде и не в американском империализме, а в собственном народе. Посему гражданам никак нельзя позволять самоорганизовываться, кучковаться, общаться за пределами своей кухни или рабочей курилки. Особенно опасными оказываются законно созданные неправительственные организации, потому что деньги на их деятельность гораздо охотнее дают зарубежные фонды, чем родные бюджеты и фирмы (фонды в России существуют не для помощи гражданам, а скорее для отмывания грязных денег). Причем дают напрямую, минуя подконтрольный властям бюджет. То есть, привычно попилить эти деньги между своими чиновниками ну никак невозможно.

И служат эти иностранные деньги задачам, важным для граждан и для защиты их прав, но порой весьма опасным для государства. Потому что его задача на деле — по возможности эти права ограничить.

Для чиновничьего государства главное — наполнить бюджет любой ценой, чтобы было потом, что пилить между своими. Поскольку для этого часто приходится обходить собственные законы, что вызывает протесты граждан, возникает попутная задача — ограничить эти протесты, а еще лучше — сделать их такими же незаконными, как действия самого государства. Тогда и наступит желанное равновесие и благодать в обществе, где кесарю — кесарево, богу — богово, а гражданину — что осталось. И непременно — под контролем, чтобы не приведи Бог, не стали граждане говорить о самых опасных вещах — о политике и об экологии. Потому как общественные объединения почему-то как правило требуют либо честной власти, либо чистой природы. И разделить то и другое невозможно: честная власть априори думает о чистой экологии для граждан, а любая другая — использует природу только для обогащения. Вот и приходится государству то и дело объяснять гражданам через прессу, что в политику через общественные организации прорываются только те, кого уже купили за иностранные деньги (за родные рубли власть можно только хвалить). И что экологи просто пытаются тормозить наше экономическое развитие за деньги иностранных конкурентов (хотя на самом деле — они пытаются привести это развитие в соответствие с российскими законами и международными обязательствами).

Очередная знаковая и очевидно заказная передача российского телеканала в Приморье «Акценты», направленная против «иностранных агентов — экологов» и конкретно против Всемирного фонда природы (WWF) и показанная по краю 14 июля, не принесла никаких откровений. По крайней мере тем, кто следит за ситуацией в нашем лесном комплексе, слышал про приоритетные инвестпроекты и про то, что общественные организации в России теперь почти сплошь — иностранные агенты.

Но оставила передача вполне определенное ощущение грязи, от которой хочется немедленно отмыться. Даже если ты никакой не агент, и не сотрудник WWF, а рядовой и нищий представитель региональной организации, озабоченный нарастанием государственного беззакония в пока еще родной стране.

Не осталось сомнений в том, что новоиспеченный законодательный бред об «иностранных агентах» в лице неправительственных (НПО) или некоммерческих (НКО) организаций, занимающихся политикой, создает неограниченное поле возможностей для контроля и давления на любые НПО, будь они партии, экологи, инвалиды или игроки в покер. Для активного применения закона хватает двух условий: занятия политикой и деньги «из-за бугра». Разберемся по порядку. Пока еще никто не предложил внятного и актуального толкования понятия «политика» — обратимся к Далю. «Политика — наука государственного управления; виды, намерения и цели государя (как актуально-то!), немногим известные, и образ его действий при сем, нередко скрывающий первые. Вообще уклончивый и самотный образ действий».

То есть, если от противного, будь ты не государь (а таких в России — почти 100 %, и отклонение — ничтожно), то если получаешь бабки от зарубежного фонда, изволь теперь вести себя «не-уклончиво» и «не-самотно«. Первое, скажем, понятно и даже логично, хотя не похоже, что думские «едросы» читали Даля или хотя бы слышали о нем. И я бы очень хотел увидеть хоть одну из экологических, к примеру, организаций в России, которой бы удалось легко найти спонсора в стране, или уклониться уже сегодня от валютного и рублевого контроля в банке, от финансового — в налоговой, от контроля деятельности — в Минюсте. Не выйдет — закроют сразу, и будут правы. Чего же еще им нужно? Насчет «самотности»  можно гадать, что имел в виду товарищ Даль. Может быть, корыстный интерес? Так в этом с нашим государем состязаться, как уже сказано — дело дохлое, у него свои задачи, часто противоположные интересам граждан. Поэтому все НПО по жизни вынуждены служить единственно интересам общества, а не самого себя — больше на этой тяжкой службе субъектов не видно. Иначе ни зарегистрироваться, ни шагу ступить не дадут. Да если честно, иначе НПО и не рождаются в нормальном обществе.

Но вернемся к логике передачи «Акценты», где журналист Приморского телевидения аккуратно последовал стилю позорного весеннего эксперимента НТВ по имени «Анатомия протеста», направленного прямо против гражданского общества. Только разве что без искусственных постановок — тут обошлись интервью с людьми, которые либо не хотят, либо не могут почему-то говорить полную правду. Весь сюжет, заказанный с очевидностью компанией «Лес Экспорт», построен был на ключевых умолчаниях о том, чего требуют действующие в России Конституция и законы, которым часто противоречат подзаконные акты в сфере лесопользования. Успешно использованы и обычные преувеличениях уникальности компании и ее деятельности, при одновременном принижении значимости последних девственных лесов реки Бикин, охраняемых сегодня арендатором — удэгейской общиной «Тигр». Об этом, кстати, в сюжете не сказано ни слова.

Оставим это умолчание на совести автора, равно как и его слова о том, что деревообрабатывающие заводы «Лес Экспорта» расположены «в глухой тайге» (это город Дальнереченск), и отметим главное. Действующий Лесной кодекс допускает в защитных лесах, в том числе и на Бикине, рубки ухода с получением в итоге низкосортной древесины, годной на целлюлозу, топливные гранулы — пеллеты или используемой в мебельных щитах. И если некоторые заготовители в рамках того же Кодекса позволяют себе, в интересах коррумпированного бизнеса, при уходе за лесом выбирать спелые ценные породы в защитных лесах, это никак не может быть ориентиром для инвестпроекта, одобренного правительством как приоритетный. Покуда такая порочная практика остается привычной в крае и в стране, лесное законодательство не может устраивать тех, кто относится к лесу серьезно, как к основе устойчивого хозяйствования.

Поэтому, кстати, сегодня Кодекс является объектом глубокой ревизии в рамках рабочей группы Рослесхоза. В ней представлен коллективный разум — лесная наука, бизнес, неправительственные организации и чиновники. Эта группа уже в течение года весьма успешно решает трудную задачу —  формирует Лесную политику России, которой суждено стать базой нового Лесного кодекса. В группе активно лидируют WWF с Рослесхозом, вместе с лесопромышленниками работают Гринпис, ОО БРОК и другие «иностранные агенты» из регионов. С широко обсуждаемым текстом можно ознакомиться на сайтах Рослесхоза, ВНИИЛМ, Гринпис и WWF. То есть, понимание того, что нынешний закон плох и опасен — уже всеобщее. Но приморский тележурналист об этом как бы не ведает. Или делает вид, потому что заказчики ему хорошо платят. Хотя, если следовать логике закона об «иностранных агентах», к этой категории можно отнести и любую нашу компанию в лесопромышленном секторе: все они продают продукцию за рубеж, зарабатывают валюту и вполне открыто влияют на лесную политику. Если же говорить о другой задаче телесюжета по дезавуированию гражданского экологического движения — это тоже не что иное, как чистая политика, давно санкционированная на самом верху и оттуда же хорошо оплачиваемая. Тот самый, по Далю, «образ действий, скрывающий истинные виды, намерения и цели государя». То есть, по новому закону, требующий особого контроля и внимания: Вот только вопрос — с чьей же стороны, если задачу поставил сам государь?

Отдельный и традиционный информационный выверт во множестве такого рода сюжетов и публикаций — осуждение попыток сохранения НАШЕЙ природы за ИХ деньги.

Приморский канал преподносит нам якобы скандальное открытие: какой кошмар, охраняемые по российским законам леса Бикина, оказывается, охраняются от пил блистательного, приоритетного «Лес Экспорта» ни кем иным, как правительством Германии. Да еще в рамках проекта по сохранению климата ! Наверняка — тоже ихнего, иначе зачем бы они нам платили, чтобы мешать нашим священным рабочим местам в глухом таежном Дальнереченске ? И невдомек коллеге с  Приморского канала, что Бикинский климатический проект — уникальное международное достижение российских экологов, хоть как-то сгладившее постыдную импотенцию Правительства на фоне грандиозных международных проектов  по снижению углеродных эмиссий за счет сохранения девственных лесов планеты и ее климата.

А климат, заметим — это и гибельные и непобедимые лесные пожары, и убийственные наводнения, и цунами, и уходящие в растаявшую мерзлоту сибирские города и дороги, и много еще такого, о чем не желают знать покупаемые журналисты и их державные спонсоры.

За Бикин, 3 года назад сданный в аренду местной общине «Тигр» для заготовки дикоросов и традиционной охоты, с правом лишь заготовить для общины необходимый объем дров под контролем экологов — за это нужно бы ставить людям памятник «За сохранение престижа России». Но вместо этого вдруг эта девственная тайга, охраняемая от рубок уже 25 лет союзными усилиями власти и общества, оказывается каким-то чудом «заложена» в частный инвест-проект. И у журналиста не возникло на сей счет ни одного вопроса — как? Почему? На каком основании? Или —  почему до сих пор эта территория, ставшая основной при создании объекта Всемирного Природного Наследия ЮНЕСКО «Центральный Сихотэ-Алинь» в 2004 году, не вошла в его состав, хотя была в номинации ключевой?

На недавней сессии Комитета по Всемирному Наследию и параллельном неправительственном форуме в Санкт-Петербурге этот вопрос вновь поднимали экологи из Гринпис и ОО БРОК. Но главному российскому каналу в Приморье этот вопрос не интересен. Равно как не интересны ему и те сотни, а может и тысячи рабочих-китайцев, давно отнявших у приморцев те самые рабочие места на пилорамах по всему северному Приморью, ради которых лживо пытаются погубить наш девственный Бикин со всей его сказочной природой и традиционной таежной культурой.

Увы, такого местечкового уровня «акцент» уже не спасают ни славословия в адрес уникальных и супер-современных перерабатывающих заводов «Лес Экспорта», ни определение «всемирно известный» в адрес уважаемого в крае ученого-лесовода Ю.И.Манько. Во-первых, таких, как у «Лес Экспорта», заводов в крае уже много, и построены многие из них без такой вот шумной и не очень честной помпы, и порой даже без льгот, выдаваемых под инвест-проекты. Скажем, тот же возрожденный из руин Лесозаводский ЛПК холдинга «Тернейлесстрой»,  его же новый инвест-проект в Дальнегорске, который обещает стать спасением для депрессивного города.

Или первый честно сертифицированный по международным стандартам FSC лесопромышленный комплекс Приморского ГОКа в поселке Восток, ставший для него спасением в период упадка на рынке вольфрама. Или небольшое предприятие «Евростандарт» в селе Глубинном. Что же до ученых, то кроме Ю.И. Манько, имеющего полное право защищать интересы лесопромышленников в ущерб последним девственным лесам края, есть на Дальнем Востоке и в России много других специалистов, не менее известных, которые в эти же дни пытаются создать на пути порочного экстенсивного лесопользования надежные правовые барьеры в рамках «Лесной политики». Эти специалисты хорошо понимают, что задача сохранения эталонных лесов, принуждающая лесопромышленников ограничивать свои аппетиты объемами естественного прироста на территории аренды — это в интересах самих компаний, их экономической устойчивости и престижа на мировом рынке, который становится все более экологически чувствительным.

Думается, что позитивные тенденции последних  лет, инициированные в том числе краевой ассоциацией ПАЛЭКС в отношении добровольной сертификации лесопользователей на соответствие высоким международным экологическим стандартам FSC, слабо согласуются с агрессивной кампанией крупных промышленных корпораций и коррумпированных властей России. Ставя своей целью не столько цивилизованное экономическое развитие региона, сколько корыстные интересы узкой группы лиц, эта кампания направлена против общественного экологического движения. Хотя НПО-НКО сегодня — единственная реальная сила, способная противостоять бесконтрольному и — главное — обычно противозаконному нашествию жадного и не очень честного бизнеса на последние доступные природные ресурсы, особенно у нас на Дальнем Востоке.

Анатолий Лебедев, «Утро России», 2 августа

ОО БРОК, Владивосток, swan1@vladivostok.ru

И ОТ ПОГОДЕ: АВАРИЯ ТАМ, КУДА ЭКОЛОГОВ НЕ ПУСКАЮТ

<В строгом соответствии с регламентом>. На военном заводе в Брянской области — крупная утечка нервно-паралитического газа

На военном заводе в Брянской области — крупная утечка нервно-паралитического газа. Местная пресс-служба МЧС называет спешную ликвидацию аварии плановыми работами По информации, поступившей в <Новую газету>, 27 июля около 9 утра на заводе по уничтожению химического оружия при в/ч 21225 <Почеп-2> произошла утечка 6 тонн нервно-паралитического вещества VХ.

По невыясненным причинам (предположительно — нарушение температурного режима хранения) три контейнера, по 2 тонны каждый, были разгерметизированы.

Как нам рассказали местные жители, официально о ЧС объявлено не было.

По решению командования воинской части в ликвидации в приказном порядке участвовали не профессиональные спасатели, а контрактники (прапорщики и сержанты) и офицерский состав — всего около 70 человек. Дегазация производилась группами по семь человек, смена длилась час. Участвовавшие в ликвидации рассказали, что в качестве средств защиты им были выданы противогазы фильтрующего типа (хотя в данном случае нужны изолирующие), при этом фильтр был рассчитан лишь на 20 минут. Комплексные изолирующие костюмы почему-то выданы не были (хотя в части они есть), ликвидаторов одевали в легкие защитные костюмы (Л-1). Двое участников ликвидации были госпитализированы, им введены антидоты, сейчас их состояние стабильно. У остальных медики брали анализ крови, обследовали глаза.

В/ч 21225 <Почеп-2> располагается рядом с городом Почеп в Брянской области. Завод, на котором произошла авария, находится в 15 километрах от части и в 5 км от вахтового городка, в котором живут военные и персонал завода.

VХ — фосфорорганическое боевое отравляющее вещество нервно-паралитического действия. Поражение происходит через дыхательные пути и кожу. Симптомы:

1-2 минуты — сужение зрачков; 2-4 минуты — потливость, слюноотделение; 5-10 минут — судороги, параличи, спазмы. Смерть при поражении VX наступает в течение 10-15 минут.

Пресс-служба МЧС Брянской области отреагировала на событие только на следующий день. На официальном сайте было опубликовано сообщение о том, что на объекте <ведется плановая работа по уничтожению авиационных химических боеприпасов методом внесения реагента в корпус боеприпасов>. От ответа на вопрос <Новой газеты> о сотрудниках, госпитализированных при устранении аварии, сотрудники пресс-службы уклонились. А через некоторое время дополнили сообщение двумя фразами: <Пострадавших нет> и <Работы по внесению реагента проводятся в строгом соответствии с регламентом>. Однако сотрудник завода, принимавший участие в ликвидации, настаивает, что людей госпитализировали. <Была нарушена техника безопасности: использовались не все средства защиты. Местному населению эта авария, может быть, и не принесет вреда, но, когда мы занимались устранением последствий, на заводе продолжали работать простые люди. Это негативно отразится на их здоровье>.

Костюмы, в которых работали техники, срочно сжигают. К 5 августа все работы планируют закончить. В пресс-службе Минобороны вопрос об участвовавших в ликвидации аварии военнослужащих не комментируют: попросили отправить запрос <в установленном законом режиме> и ждать ответа минимум 3 дня.

Е.Костюченко, Е.Фомина, «Новая газета», 1 августа 212 года

КОММЕНТАРИЙ

Так называемые «контейнеры», из которых произошла утечка советского V-газа — это химические вкладки в боеголовки советских стратегических ракет, заготовленные для поражения заокеанского «вероятного противника». Их на складе в Брянской области имеется два типа: в одном залито по 1895,6 кг советского V-газа (113 боеголовок; были изготовлены на заводе в Новочебоксарске в 1975-1981 г.г.), в другом — по 1945 кг (118 боеголовок, изготовленных на том же заводе в 1982-1986 г.г.). Скрывали от американцев это советское «достижение» сколько могли.

Вот такие последствия жары…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *