Опубликовано

ЭКОЛОГ ИЗ ПЕРМИ ПРОЧИТАЛА КНИГУ О СОВЕТСКОМ ХИМИЧЕСКОМ ОРУЖИИ

Химическое оружие в Пермском крае.

По книге Л.А. Фёдорова «Химическое вооружение — война с собственным народом. Трагический российский опыт». Издана в Москве в 2009 году Российской объединенной демократической партией «Яблоко». В трех томах.

Л.А. Фёдоров опубликовал эту уникальную книгу, которая является единственным подробным сборником фактов и документов по теме химического оружия в нашей стране.

Доктор химических наук Лев Александрович Фёдоров — автор более 300 научных работ по теме химического оружия, диоксинов, пестицидов и других особо токсичных веществ. Он — создатель и бессменный президент общественной межрегиональной экологической организации Союз <За химическую безопасность> (в 1993 г.), которая занимается экологическими последствиями загрязнения природной среды пестицидами, диоксинами, соединениями тяжёлых металлов, химического, ракетного и биологического оружия. Это единственная в России организация, глубоко занимающаяся выбросами и сбросами при испытаниях и уничтожении химического оружия, ракет и других  особо токсичных веществ.

Том 1. Долгий путь к химической войне.

Химическое оружие применялось уже в 1-й мировой войне 1914-1918 годов.

Это хлор, дифосген, синильная кислота, хлорпикрин, дифенилхлорарсин, иприт, хлорацетон, фосген.

Только от царской армии и трофейных боеприпасов Англии и Франции России досталось по грубым оценкам 1918 года 270000 химических снарядов.

В конце 1925 года произведённые в Красной Армии химснаряды с фосгеном (180 т в баллонах), хлорпикрином (12 т — в баллонах, бочках и ручных гранатах), синильной кислотой, хлором в баллонах (130 т) хранились на 4-х складах: Пермь-Бахаревка, Москва-Очаково, Карачев, Тбилиси-Навтлуг. Потом существовало множество других складов.

Химическое оружие хранилось на складах в советское предвоенное время в виде химических боеприпасов.

Артиллерийские склады были расположены во многих областях, в т. ч. В Пермской области — г. Кунгур, склад № 621. Он  образован в 1937 году. Курировал артиллерию маршал Г.И. Кулик, он был заместителем наркома обороны. В те же годы в армии уже создавались реактивные химические снаряды. В сухопутных химических войсках применялись ЯД-шашки (ядовито дымные), газовые баллоны для фосгена с хлором и другими ОВ (отравляющими веществами).

Иприт производился в годы Великой отечественной войны на 4-х заводах городов: завод № 96 в Дзержинске, № 102 в Чапаевске, № 761 в Березниках, № 91 в Сталинграде. Они участвовали в производстве иприта с полным напряжением сил.

В Березниках в 1941 году план был 4000 т, выпущено 3879 т. По плану к 1944 г. следовало ввести еще дополнительные мощности, в т.ч. в Березниках

было приказано расширить цех по выпуску иприта до мощности 25000 т/год. Послевоенная мощность — 13500 т/год. Это был иприт (бета-дихлордиэтилсульфид), созданный по методу Левинштейна на основе этилена. Он содержит серу и хлор. Его производство в России началось в 1917 г. Ещё в России производили иприт В.С. Зайкова — это незамерзающий зимний иприт, созданные на основе смеси этилена и пропилена. Для производства иприта Левинштейна использовали простое сырье — этиловый спирт, серу и поваренную соль. На день открытия ХХ съезда КПСС в феврале 1956 г. в Березниках мощность завода № 761 по выпуску иприта Левинштейна была 14166 т/ год. Это было при Н.С. Хрущеве.

Азотно-туковый завод в Губахе Пермской области должен был к 1 января 1944 г. развернуть цех по выпуску синильной кислоты контактным методом, мощностью 2,5 тыс. т/ год. Распоряжение дал начальник ПГУ (первого главного управления) НКХП С.Я. Файнштейн, речь шла о резком расширении производства химического оружия в стране. Это была авантюра. Издавались приказы на стахановский труд.

В 1944-1945 годах увеличилось производство люизита (ОВ на основе мышьяка), особо опасного. В стране его производили в городах Дзержинске, Чапаевске.

За годы войны и послевоенные годы в стране образовались огромные залежи ОВ 1-го поколения (иприта — 15,2 тыс. т, люизита — 6,5 тыс. т, смесей иприта с люизитом — 860 т). Чтобы справиться с проблемой, решили просто-напросто сжечь.

Производственные мощности по производству иприта и люизита и снаряжению их в боепррипасы продолжались расширяться. Лишь Постановлением ЦК КПСС и СМ

СССР от 11.09.1961 г. был остановлен этот поток. Зато были выпущены Постановления по созданию новых мощностей в стране на других заводах по производству ФОВ (фосфорорганических отравляющих веществ): зарина, зомана, V-газов нервно-паралитического действия и психотропных веществ.

Можно лишь сожалеть, что в годы Великой Отечественной войны военно-химический комплекс (ВХК) не ценил жизни людей своего Отечества, брошенных на ускоренную смерть. Была экономия даже на питании. Многих пожилых людей, в т.ч. женщин, посылали на химическую каторгу. Превышения ПДК по иприту в воздухе цехов, например, на заводе г. Чапаевска были от 300 до 22500 раз. Были частые отравления и смерти. Химические жертвы российских граждан в годы войны по производству химоружия были гигантские. Все они погибли от собственного советского оружия. В годы войны всё время шли работы по модернизации производства химоружия, в т.ч. в Березниках.

В декабре 1959 г. в стране были созданы ракетные войска (РВСН) на основе ракеты Р-12. В 1961 г. были сформированы ещё 23 ракетных дивизии, в т.ч. в Бершети Пермской области. ОВ имели к этому прямое отношение.

Заводы химического оружия сбрасывали свои отходы без очистки. Завод № 761 (Березники) сбрасывал их в р. Каму. Дела с реками обстояли очень плохо и властям пришлось заниматься спасением рек. В 1947 году было по этому поводу издано постановление о прекращение сбросов токсичных отходов в реки.

Стоки ипритного цеха завода № 761 (Березниковского содового завода, нынешнего ПО «Сода») в Березниках (Пермский край) не очищались никогда — еще в первую пятилетку решили очистные сооружения не строить. В годы войны концентрация иприта в стоках, направлявшихся с завода непосредственно в р.Каму, составляла в среднем 156 мг/л. Довольно часто содержание иприта в стоках доходило до 320 мг/л, приближаясь к растворимости иприта в воде (480 мг/л).

Стоки содержали столь много взвесей, что стали зашламовываться и русло Камы, и водозаборы завода. После войны вопрос о строительстве сооружений для очистки станции очистки сточных вод от иприта вставал неоднократно, поскольку с 1945 г. ипритный цех находился и на консервации, и в мобилизационной готовности.

Проблема вновь возникла в середине 1950-х гг., когда цех по выпуску иприта был расширен. Вопрос о воссоздании производства решался в муках.

25 января 1955 г. Госсанинспекция Молотовской (Пермской) обл. выдала заключение по проекту реконструкции ипритного цеха, предусматривавшего его расширение. Одновременно было запроектировано строительство станции очистки сточных вод от иприта. Задание согласовано не было, в том числе из-за отсутствия в проекте удовлетворительного решения вопросов утилизации сточных вод.

В средине 1950-х годов началась война против растений и животных — созданы гербициды, очень опасные химические вещества.

Советское правительство готовилось к тотальной химической войне.

Были созданы ОВ психотропного действия (работы проводились в Перми). Возникла прикладная химия как спецнаука (в Перми был создан филиал). Но всё это было засекречено от населения.

Закат химической войны.

Сколько наготовили отравы?

Солнце для последователей Л.Д. Троцкого, мечтавшего соорудить опаснейший гибрид из химии и авиации, начало заходить. Об этой химии не знали граждане Советского Союза, т.к.было всё засекречено.

Судьба советских запасов химоружия долгие годы оставалась трудной. Излишки опасных ОВ долгие годы без каких-либо правил закапывались (особенно в районе Москвы-Очаково, Кузьминки, на Богородском Валу, по шоссе Энтузиастов), в Шиханах Саратовской области и других местах.

На складах хранились ОВ: иприт, люизит, фосген, синильная кислота, адамсит, дифенилхлорарсин, хлорацетофенон, зарин, зоман, V-газ.

В РФ командовал генерал С.В. Петров, который давал полную дезинформацию обществу о наличии ОВ. Химические войска обеспечивали якобы защиту от врага, а сами всерьёз готовились к нападению на страны Запада.

Химическая промышленность не имела серьёзных индивидуальных приборов для контроля за окружающей средой. Их просто не существовало. Уничтожать ипритгражданам пришлось в отсутствии средств лечения от него.

Было создано медико-биологическое агентство (Медбиоэкстрэм) — секретная медицина. Филиал Медбиоэкстрэм находится в г. Перми, местонахождение: Кировский район (Закамск), и филиал от него — Орджоникидзевский район, (Молодёжный).

США прекратили выпуск ОВ с 1969 г., после того как в штате Юта погибло 6000 овец.

М.С. Горбачев на митинге в Праге 10.04.1987 года объявил о прекращении в СССР производства химоружия и начале выхода страны из химической войны.

В начале 1990-х годов Советская Армия официально предъявила мировому сообществу 40000 т ОВ, изготовленных после 2-й мировой войны и хранившихся на 7-ми складах России. Это было неправда, т.к. химоружия было много больше. А 10000 т ОВ были втайне уничтожены ранее.

Однако в 2002 г. в киноконцертном комплексе в г. Москве на спектакле «Норд-Ост» было применено химическое оружие. В результате погибли 130 зрителей и многие другие пострадали.

Том II. Воено-химический архипелаг.

Подготовка ВХК (военно-химического комплекса) к наступательной химической войне шла против неизвестного врага. Это тайное военно-химическое чудище соорудило в Советском Союзе собственный архипелаг.

Началась война с животными и растениями (гербициды и пестициды, которые отравляли не только их, но и всю окружающую среду — воздух, воду, почву, продукты питания).

14 февраля 1953 г. было издано постановление ЦК КПСС и СМ СССР об организации выпуска психотропных веществ. Это делалось не только для врага, но и для органов госбезопасности (один из примеров их производства и испытания — Вольск-Шиханы Саратовской области).

На Березниковском заводе цеха химоружия прятались среди цехов общей химии. Химкомбинат в Березниках сооружался на берегу реки Камы на базе дореволюционного сольвеевского цеха. Строители были заключённые. Энтузиасты химической войны возлагали на этот завод большие надежды. Мощность по иприту Левинштейна к началу 1931 г. составила 9000 т/год. В приказе от 10.07.1936 г. Г.К. Орджоникидзе надо было увеличить мощность по иприту к 1.01.1939 г. в Березниках с 9000 до 11000 т/год, производство люизита — 8000 т/год, фосгена — 6000 т/год, дифосгена — 6000 т/год.

Перед войной на заводе № 761 в Березниках было сделано разукрупнение на два предприятия: Березниковского содового завода  (№ 761) ПО <Сода> и Березниковского азотно-тукового завода.

К 1.01.1942 г. цех по производству иприта должен был давать до 25000 т иприта. Очистные сооружения отсутствовали. Всего за войну было произведено 10000 т иприта (в цехе № 10). После войны иприт уже не выпускали.

Военные лагеря.

Были стрельбища, стрелковые дивизии. Заражение местности производили бомбометанием с самолётов. Распыление от жилых домов, застроек было в 1,5-2 км!

В Приволжском военном округе бвло 26 лагерей к 1933 году, в т.ч. был военный лагерь в Бершети (станция Юг Пермской обл.).

Транспорт использовался — железнодорожный, автомобильный.

Полигоны.

Они существовали в разных местах РФ (Кузьминки г. Москва, Шиханы Самарской обл., Фролищи Нижегородской обл.).

Склады.

Артснаряды г. Пермь, район ст. Бахаревка, склад № 59. После гражданской войны основная часть артхимснарядов была сосредоточена в Москве (Очаково) и в Перми (Бахаревка, № 59).

Летом 1939 г. в Перми-Бахаревка на складе № 59 находились артхимснаряды, а также авиахимбомбы. Было немало хлопот, нарушений, т.к. они часто хранились без учета, без охраны, бывала течь.

Медицина и власть. Секретная медицина.

Гигиенические стандарты на отдельные ОВ были утверждены только в 1939 году. Весь персонал химических заводов был обречен. За 20 лет с начала работы с ипритом были отравлены 100000 человек, в т.ч. в Березниках.

Временный гигиенический стандарт по иприту появился только в 1945 году. Был поставлен опыт на людях. Врачи скрывали действительную ситуацию. Во время войны было организованное перемалывание жизни людей.

Соглашательство медицины не проходило бесследно. Врачей больше никто ни о чем не спрашивал, все разрешения давала без задержки секретная медицина.

На рубеже 1960-1970-х годов не существовало не только норм (ПДК) и стандартов, но и подходящих технических средств для измерения V-газа в воздухе рабочей зоны. Только в Новочебоксарске и Волгограде были поражены 8000 человек.

В цехах по выпуску ОВ ситуация в Дзержинске, Сталинграде, Березниках, Чапаевске друг от друга почти ничем не отличалась. С этим и вступили в войну.

Персонал был обречен. Это всё происходило на глазах санитарных врачей. Никаких ПДК не было.

ПДК зарина была утверждена лишь 30.07.1968 г., а его производство началось в 1959 г. Гигиенические стандарты на иприт в воздухе рабочих помещений не появились даже в XXI-м веке, сейчас на него имеется только лишь ОБУВ Иприт: ОБУВ в воздухе окружающей природной среды — 2.10-6 мг/м3.

Люизит: ПДК в воздухе рабочей зоны — 2.10-4 мг/м3, ОБУВ в окружающей природной среде -4.10-7 мг/м3, ПДК в почве-0,1 мг/кг, ПДК в воде -2.10-4 мг/л Зарин: ПДК в воздухе рабочей зоны — 2.10-5 мг/м3 воздуха, ОБУВ в воздухе окружающей среды — 2.10-7 мг/м3, ПДК в почве — 2.10-4 мг/кг, ПДК в воде 2.10-5 мг/л.

Зоман: ПДК в воздухе рабочей зоны — 1.10-5 мг/м3, ОБУВ в воздухе окружающей среды — 2.10-7 мг/м3,ПДК в воздухе окружающей среды — 5.10-7мг/м3.

ПДК в почве -1.10-4 м/кг, ПДК в воде — 5.10-6мг/л.

V-газ: ПДК в воздухе рабочей зоны — 1.10-6мг/м3, ОБУВ в воздухе окружающей среды- 5.10-8мг/м3, ПДК в почве — 5.10-5мг/кг, ПДК в воде — 2.10-6 мг/л Смесь иприта и люизита — ПДК нет.

Тайная медицина, палата № 13

Там не вылечили ни одного человека, хотя лечение группы людей проводили. Эта палата была в Москве (Лефортово) и Санкт-Петербурге в военной медицинской академии.

В годы войны 1941-1945 трудовой <химический фронт> был особенно жестоким. За эти годы пострадали все работники по выпуску иприта и люизита. Спецлечение не осуществлялсьо при отсутствии такового.

Еще меньше внимания уделялось рабочим ипритных и люизитных цехов, в.т.ч. в Березниках (завод № 761). После войны эти люди 2 года не могли добиться статуса рабочих, утративших здоровье при выпуске иприта, люизита и их смеси. Было выпущено в 1947 году постановление по минздраву СССР. Но прошло еще 2 года, прежде чем врачи и химики начали договариваться. За это время погибло много работников. Им так и никто и не предложил способов лечения. На встречах врачей и ВХК было одно словоблудие и ничего не решалось для здоровья людей.

В наши дни из 100000 человек на всех заводах молодых, которые делали в годы войны иприт люизит, осталась несколько человек, которых природа наградила особенно крепким здоровьем. Все они — профбольные. Но никто из них не может пойти в суд, им врачи не предоставляют нужные документы.

Забота на рубеже 1920-1921-х годов о таких людях не предусматривалась (в т.ч. в Березниках). Эти люди до сих пор не замечаются властями.

Малые дозы большой отравы.

Синдромы отравления нервно-паралитическими и др. ОВ.

1. Ослабление познания (проблемы памяти, сложность понимания, бессонница, депрессия, постоянные головные боли).

2. Частичная атаксия (парезы, нарушения равновесия, дезориентация в пространстве, головокружение, импотенция и др.).

3. <Арто-мионейропатия> (мышечные боли и мышечная усталость, трудности в подъёме тяжести и т.д.). Сверхнизкие дозы таких веществ могут вызывать такой же эффект, как и  высокие дозы.

Несколько десятков тысяч работников заводов по ОВ (и Березники) должны были пострадать и от воздействия малых доз. Опыты показали, что многие химические вещества могут проявлять активность в двух интервалах концентраций:

1) которые обычно используются;

2) при концентрациях меньших, чем обычно изучаемых, в тысячи раз.

Пехотинцы США во время войны в Ираке поражались малыми и сверхмалыми дозами зарина. Эффект проявлялся не сразу, а через продолжительное время — это как бы отложенное действие. При этом на сверхмалых дозах запоздалые реакции — наибольшие. Это же относится и к другим ОВ.

В США справедливость была восстановлена в течение 6 лет (в 1991-1997 годы), а в России до этого еще далеко. В настоящее время в России врачи отказываются устанавливать причинно-следственную связь между отдалёнными заболеваниями и влиянием малых доз ОВ.

Безвредных концентраций иприта не существует. Даже при однократном воздействии. Опасны тысячные и десятитысячные доли мг на литр (Я.М. Фишман, 1931 г.).

Это было засекречено. Люди оказались брошенными государством.

Испытания всех ОВ шли на живых людях при социализме в нашей стране не только в эпоху Ленина-Сталина (1920-1940-годы), но и во времена Хрущева-Брежнева (1950-1980-е годы). Была даже выпущена инструкция по испытанию на людях от 31.01.1930 г.

Военные заражали местность. Люди-нюхачи ОВ (пример: свидетельства жителя пос. Мирный (Марадыковский) Оричевского района Кировской обл. Б.И. Лапина: иприт-люизит). Одежда не спасает. 1 капля через 15 минут проникала даже через полушубок. Заражали людей специально, особенно на полигонах в Шиханах,

Кузьминках и других. В тюрьме были подопытные люди, например, в Бутырской, г. Москва).

Химическая зона.

Это была и остаётся великой тайной. Хим. оружие и наступательная химическая война были самыми большими из тайн советской власти.

Том III. Экология химического оружия.

Индустрия травит людей. Подробно эта тема освещена в томах 1 и 2.

После войны большая часть выпускавшегося хлора оказалась ненужной, из-за чего был начат его интенсивный сброс в атмосферу городов, в т.ч. Березников.

Только в отличие от хлорной атаки жителям российских городов достались неодномоментные дозы хлора — а хронические, и отравления сотен тысяч жителей, в том числе детей, было растянуто на годы. Один лишь завод в Березниках стравливал в 1949 году не менее 156 т хлора в сутки. Был зафиксирован случай, когда хлор, стравливаемый на ЧХЗ в Дзержинске в 1947 году порывом ветра занесло в соседний цех, так что были пострадавшие от острого отравления.

Старое химическое оружие. (373 точки в России).

В этом томе приведены все места хранения, испытания и производства химического оружия. Они расположены практически во всех регионах России и странах СНГ.

Советские склады.

Пример: Пермь-Бахаревка, артиллерия.

Советские артиллерийские полигоны (1918-1940-е годы).

Бершеть Пермская область, военный лагерь.

Заключение (от автора).

Реальная ситуация более чем серьёзно отличается от той лживой лаковой картинки, представленной от генералитета, а также услужливых пропагандистов.

Эта книга написана для того, чтобы общество поняло, что создание самого богатого на свете арсенала химического оружия против людей, растительности и животных — это и есть причина тех трудностей, которые ныне испытывает наша страна. Подготовка к наступательной химической и биологической войне была абсолютно не нужна. Это была <черная дыра>, которая засасывала гигантские ресурсы для кормления нашего военно-химического комплекса и которая требовала от ни в чем не повинных граждан всё новых и новых жертв.

Необходим общественный контроль за действиями военно-химического комплекса. Активный, дотошный, всесторонний. Без этого экологическое и гуманистическое разоружение просто невозможно. Общество должно защитить себя от военно-химического комплекса само и никакие спецслужбы не в силах этому помешать.

Л.С. Попова, Союз «За химическую безопасность» (г. Пермь), lpopova00@gmail.com, 10.02.2012 г.

ЭКОЛОГ ИЗ ПЕРМИ ПРОЧИТАЛА КНИГУ О СОВЕТСКОМ ХИМИЧЕСКОМ ОРУЖИИ: 1 комментарий

  1. Каждый человек кому то служит.
    В книге излагаются факты для формирования негативного мнения о ходе химического разоружения в России. Конечно, это кому нибудь нужно…
    Оставим это на совести автора…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *