Опубликовано

РУССКИЙ С КИТАЙЦЕМ — БРАТЬЯ НАВЕК?

ОТХОДЫ
Госсовету России по экологии (июнь 2011 г., Дзержинск) посвящается
В Секретариат Базельской Конвенции, Женева, Господину Ибрагиму Шафии
Информируем Вас о произошедших случаях ввоза токсичных химических отходов на территорию Российской Федерации, так как федеральное уполномоченное ведомство России — Росприроднадзор не проявило заинтересованности в решении данного вопроса. В начале 2011 года из Китайской Народной Республики в Российскую Федерацию под видом химической продукции (метилметакрилат) были ввезены технологические производственные отходы в объеме 16 тонн.
Незаконный ввоз химических отходов был осуществлен Китайской компанией Tianjin Changjietong Chemicals Co.,Ltd, Address: 2106 Room, 13 building, West park Yangguang 100, Hongqi South Road Nankai District,Tianjin,China, по договору N° CJT 101014 от 14 октября 2010 г. в Нижегородскую область, г.Дзержинск, площадку ООО <Синтез-Ока>.
Вместо метакриловой кислоты путем введения в заблуждение таможни РФ и таможни КНР на территорию России были ввезены отходы акрилатных производств. Несоответствие данной продукции ТУ 2431-027-55856863-2003 (технических условий действующих на территории России) на метакриловую кислоту было подтверждено протоколами аккредитованной лаборатории (N° 224 от 08.02.2011, N° 225 от 14.02.2011).
Поставщиком были нарушены положения Базельской Конвенции о трансграничной перевозке опасных химических отходов. По мнению представителей пострадавшей компании подобная криминальная деятельность получила широкое распространение именно в городе Tianjin.
Потерпевшая организация располагает информацией о как минимум трех подобных случаях. А именно, ввоза под видом химического сырья (гексаметилендиамин, метилметакрилат, диоктилфталат, канифоль и др.) в Россию из Китая технологических отходов.
С уважением, Председатель общественной экологической организации СПЭС, Эксперт IPEN Левашов Дмитрий
Нижегородская область, Россия.
levashow@mail.ru, 1 июня 2011 г.

31.05.2011. МОЛНИЯ. Министру экологии РФ Трутневу Ю.П. через сайт МПРЭ РФ Жалоба на неисполнение Руководителем Росприроднадзора
РФ Кирилловым В.В. должностных обязанностей
Уважаемый Юрий Петрович!
19.04.2011 года нами было направлено на Руководителя Росприроднадзора В.В.Кириллова следующее обращение (N° 05/04 от 19.04.2011
г., получено в канцелярии 27.04.2011г., текст приведен ниже). До настоящего времени Руководитель Росприроднадзора аргументированный ответ на данное обращение не предоставил. 03.06.2011 нами по данному вопросу будет направлена жалоба в органы прокурорского надзора.
С наилучшими пожеланиями,
Председатель ОЭО СПЭС Д.Н.Левашов
Запрос В.В. Кириллову
Уважаемый Владимир Владимирович!
В соответствии с Положением о Федеральной службе по надзору в сфере природопользования Росприроднадзор РФ является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области обращения с отходами, а также за ввозом, вывозом и транзитом через территорию Российской Федерации некоторых ядовитых веществ.
В связи с этим доводим до вашего сведения следующую информацию.
В последнее время на территорию Нижегородской области под видом технологического сырья из Китайской Народной Республики (КНР)
были ввезены токсичные химические отходы для предприятий химической промышленности РФ.
Подобные действия ряда фирм в КНР фактически подпадают под действие Базельской Конвенции, стороной-участником которой является Российская Федерация, национальным координатором — Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации, а экологический контроль и надзор за осуществлением трансграничной перевозки опасных отходов их утилизацией и удалением за вашей службой.
Так, в течение первых 3 месяцев 2011 года на территорию Нижегородской области было ввезено около 150 тонн разных отходов (по примерным оценкам). Для оперативного и действенного принятия мер по предотвращению дальнейших случаев ввоза токсичных отходов на территорию РФ, реализации процедуры по возвращению данных отходов в КНР просим Вас сообщить о дальнейшем порядке действий и
ответственных лицах, с которыми можно было бы обсудить сложившуюся ситуацию.
Необходимая документация может быть направлена в ваш адрес.
С уважением,
Председатель ОЭО СПЭС, член общественного Совета по экологическим проблемам при Губернаторе Нижегородской области
Д.Н.Левашов
levashow@mail.ru, 1 июня 2011 г.

3 Июнь 2011. (НИА «Нижний Новгород» — Денис Кузнецов) Нижегородская природоохранная прокуратура проверит информацию о ввозе в город Дзержинск Нижегородской области токсичных отходов из Китая. Об этом НИА «Нижний Новгород» сообщил прокурор Нижегородской межрайонной природоохранной прокуратуры Сергей Сафонов.
По словам Сергея Сафонова, 3 июня прокурорам Дзержинска даны соответствующие указания проверить сообщение от общественной экологической организации СПЭС. Согласно сообщению в начале 2011 года под видом химической продукции на территорию города было завезено 16 тонн отходов акрилатных производств.
Отходы, по предварительной версии, были завезены под видом метилметакрилата на площадку ООО «Синтез-Ока». Представители китайской компании Tianjin Changjietong Chemicals Co ввели в заблуждение сотрудников таможни РФ и КНР и завезли отходы, сопровождая их поддельной документацией. Опасные вещества, согласно сообщению СПЭС, были обнаружены в ходе экспертизы аккредитованной лаборатории, в связи с чем, были сделаны выводы о нарушении китайским поставщиком положения Базельской Конвенции о трансграничной перевозке
опасных химических отходов.
http://www.niann.ru/?id=391047&template=yandex
Levashow@mail.ru, 4 июня 2011 г.

РЕКИ И ЭНЕРГИЯ
Реки Сибири и Байкал вступают в 12-ю китайскую пятилетку
Первой жертвой может стать Байкал
Авария на японской АЭС сильно ударила и по атомной энергетике других стран, в том числе и Китая. Теперь план масштабной реанимации китайского мирного атома придется если не выкинуть, то уж точно отложить в дальний и темный ящик. Однако подобная диспозиция, согласно законам диалектики, сделала реальной угрозу уничтожения последних естественных рек Китая под лозунгом «зеленой возобновляемой гидроэнергетики». Впрочем, не только Китая, но и России. Главной же опасности подвергается Байкал.
КНР очень нуждается в энергии: только за последние 5 лет годовое энергопотребление здесь выросло на 11%, что очень сильно насторожило мировое сообщество, озабоченное проблемой глобального потепления. И правительство Китая было вынуждено дать жесткие обязательства по снижению выбросов парниковых газов. Были даже разработаны меры по снижению энергорасходов, которые, впрочем,
оказались не очень-то эффективными. Решение было найдено в иной плоскости.
Считается, что помочь одновременно и выполнить международные обязательства, и снабдить экономику энергией сможет строительство ГЭС, себестоимость которого в КНР низкая, а технологии — развиты. По данным корпорации «Хуаддянь», к 2010 году уже построено 45 000 ГЭС, вырабатывающих 660 млрд кВт/ч в год. И планы 12-й китайской пятилетки предусматривают ускоренное развитие гидроэнергетики:
суммарная установленная мощность ГЭС должна удвоиться и достичь к 2020 году 400 ГВт. Это — в 8 раз больше, чем в России, и в 4 раза — чем в США.
До 2020 года в гидроэнергетику потребуется инвестировать 900 миллиардов юаней (140 млрд долларов). Только беда в том, что каждая новая крупная ГЭС — новый мощный источник дешевого электричества, а это, в свою очередь, провоцирует создание новых производств — и порочный круг замыкается: задача снижения энергоемкости производства остается нерешенной.
Стоит, правда, оговориться, что столь же амбициозные планы 11-й пятилетки были реализованы лишь на треть: например, в 2009 году только 11 из 33 проектов ГЭС было одобрено. Заслуга в том принадлежит китайским журналистам и общественным организациям, регулярно сообщавшим о многочисленных проблемах и нарушениях при планировании и создании электростанций. Многие проекты так и не прошли
экологическую экспертизу. Немаловажную роль в том сыграла и гипотеза ученых о том, что наполнение и сработка водохранилищ спровоцировали в свое время Сычуаньское и ряд других землетрясений. То есть (внимание!) как только в Китае решились на гласную социально-экологическую оценку проектов, несоответствие крупных ГЭС даже минимальным стандартам экологического благополучия стало
очевидным.
Однако в последний год китайские корпорации взяли реванш — наметился прорыв в «убийстве рек для добычи электричества»: спешно сфабриковано сразу 5 положительных заключений экспертизы на ранее отклоненные проекты гигантских ГЭС. Бурю возмущения, например, вызывало рассмотрение Минприродой КНР вопроса о переносе границ заповедника по охране редких рыб «Сяонаньхай» на реке Янцзы «для облегчения традиционной деятельности местных общин», а по сути — для высвобождения места под дополнительные гидроэлектростанции.
Большинство рек внутреннего Китая уже перекрыты плотинами, и, несмотря на политические риски, особенно лакомыми кусками видятся трансграничные речные системы: Брахмапутра, Нуцзян, Меконг и другие. Так, согласно докладу Всекитайского совета по электрификации о перспективах на 12-ю пятилетку, на главном трансграничном русле Амура следует построить 8 ГЭС с общей установленной мощностью 8200 мегаватт, несмотря на хорошо известные экологические и социальные риски.
Все дело в том, что китайским корпорациям уже тесно на родине, и они осваивают реки в Индокитае, Африке, Латинской Америке, Средней Азии, участвуют в 250 проектах ГЭС в 68 странах мира. Планируют к 2020 году владеть не менее 30% мощностей ГЭС за рубежом, в том числе для импорта электричества в КНР из сопредельных стран — Бирмы, России, Лаоса:
Успехи Китая в «рекоубийстве» заставили участников прошедшей недавно в Красноярске 6-й международной конференции «Реки Сибири» обратиться с письмом к главе правительства КНР г-ну Вень Цзябао:
«…Мы опасаемся, что успехи в области устойчивого развития, достигнутые КНР в 11-й пятилетке, могут быть перечеркнуты массированным чрезмерным строительством ГЭС с негативными экологическими и социальными последствиями. Эти последствия, так же как несовершенные экологические стандарты, несовершенная процедура экологической экспертизы, недостаточные социальные гарантии населению
при создании ГЭС в Китае, способны кардинально ухудшить шансы китайских компаний на участие в строительстве ГЭС за рубежом.
Экологически опасные инфраструктурные проекты, такие как каскад ГЭС на реке Нузцян, разрушающий участок Всемирного наследия «Трехречье», переброска вод р. Хайлар в озеро Далай, ставящая под угрозу ключевые орнитологические территории и Рамсарские водно-болотные угодья, строительство газопровода «Алтай», пересекающего участок Всемирного наследия в России и национальный резерват
Канас в Китае, способны существенно навредить имиджу Китая в глазах сопредельных стран и мирового сообщества».
Далеко не только солидарность с китайскими коллегами побудила российских экологов написать такое письмо, но и сугубо практические соображения.
Государство российское вступило с государством китайским в «энергодиалог», суть которого в долгосрочной поставке любой энергии на экспорт. «Новая газета во Владивостоке» недавно писала про теневые стороны экспорта энергии дальневосточных ГЭС, где цены для Китая ниже, чем для отечественных потребителей. Да и Богучанская ГЭС, часто поминаемая как «экспортная», строится с вопиющими нарушениями, без надлежащей экологической экспертизы.
Самой же первой жертвой гидроэнергетической дружбы с Китаем может стать многострадальное озеро Байкал. Вернее — водохранилище компании «Иркутскэнерго», которое мы по старинке называем «озеро Байкал». Ни одна рыба уже не поднимется вверх по Ангаре до Байкала:
он отрезан тремя плотинами от вод Енисея и Арктики. Колебания уровня озера Байкал зависят от режима эксплуатации Иркутской ГЭС, Братской ГЭС, Усть-Илимской ГЭС, работающих в компенсационном, взаимозависимом режиме. Подпор от Иркутской ГЭС, построенной еще в 1960 г., распространился на озеро, повысив его уровень в среднем на 1 метр по сравнению с естественным, а природный режим колебаний озера был искажен. В зоне затопления и подтопления Иркутского водохранилища оказалось 1400 км прибрежных территорий, переселено 17 тыс. человек, в Байкал смыты многие сотни километров берегов.
В результате строительства ГЭС озеро в течение десятилетий «болело», приспосабливаясь к человеческому насилию. Под угрозой находятся некоторые чудеса природы: Посольские косы, например, или дельта реки Селенга, сократилась численность многих видов рыб.
Отчасти осознав масштабы разрушений, Правительство России в 2001 году приняло постановление № 234, ограничивающее амплитуду колебаний Байкала, вызванных работой ГЭС, диапазоном высот 1 метр. Это сгладило остроту проблемы, но не решило ее полностью.
Компания «Евросибэнерго» (часть холдинга «БазЭл»), что контролирует все крупные ГЭС на Ангаре, активно лоббирует отмену этих ограничений.
Неудивительно: им светят очень большие деньги. Так, увеличение диапазона колебаний озера всего на полметра даст гидроузлу Иркутской ГЭС возможность дополнительно вырабатывать 1 млрд кВт/ч в многоводные годы и около 6 млрд кВт/ч с учетом расположенных ниже Братской и Усть-Илимской ГЭС, а также — ускорить наполнение водохранилища Богучанской ГЭС и способствовать скорейшему ее вводу в
эксплуатацию. А гигантский рынок сбыта — вот он, под боком — Китай.
А тут еще «Евросибэнерго» никак не удается провести IPO на Гонконгской бирже — уже дважды переносились сроки по причине недостаточного интереса инвесторов, главным из которых должен стать китайский гидроэнергетический гигант Yangtze Power, уже создавший с «Евросибэнерго» совместное предприятие YES Energy для строительства в России ГЭС и ТЭС общей мощностью 10 ГВт. Эта электроэнергия предназначается как для внутрироссийского рынка, так и для экспорта в Китай по высоковольтным линиям через Читинскую область и Маньчжурию. Новая попытка провести IPO в Гонконге возможна осенью. И перспектива сотрудничества с «Евросибэнерго» станет куда притягательнее для китайских партнеров и инвесторов, если объем воды, доступной для использования Ангарским каскадом из трех
ГЭС, а в перспективе и шести ГЭС, в одночасье будет увеличен на 15 кубических километров.
Лично Олег Дерипаска и его подчиненные неоднократно обращались к властям с просьбой дать им «еще полметра Байкала» ввиду маловодья, катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС или под любым иным предлогом. Необходимость спешного заполнения «Богучанки» дает прекрасный предлог для очередной уступки. И премьер Путин уже дважды велел своим подчиненным «разобраться» с этим вопросом.
Вот уже полгода менеджеры компаний «БазЭл», «Евросибэнерго» и «En+» ведут масштабную пропагандистскую кампанию, обещая спасти мир от китайских парниковых газов с помощью строительства «экспортных» ГЭС в России. При этом собираются залить Китай «зеленой энергией», намеренно не желая обсуждать масштабный экологический и социальный ущерб, которым чревата каждая крупная ГЭС. Даже предполагаемые места расположения новых экспортных ГЭС, «представленные для рассмотрения китайским партнерам», «Евросибэнерго»
упорно скрывает от российской публики.
То есть мы, сами о том не догадываясь, вместе с великим китайским народом вступаем в их 12-ю пятилетку и срочно должны приложить все усилия, чтобы российско-китайский план ГОЭЛРО состоялся, попутно уничтожив наши реки и озера.
Семен Ласкин, «Новая газета», 27 мая 2011 года
http://www.novayagazeta.ru/data/2011/056/09.html
Энергия для Китая: что достанется российскому потребителю?
Май 30, 2011. Российские эксперты говорят о том, что гидроресурсы являются национальным богатством России и должны в первую очередь использоваться для собственного развития, а не для экспорта в Китай по бросовым ценам. Российские гидрокомпании считают иначе.
О намерениях начать масштабный экспорт электроэнергии из России в начале этого года заявили сразу несколько крупных энергохолдингов.
Так, 24 февраля 2011 года российская «ЕвроСибЭнерго», входящая в состав «En+ Group», и китайская корпорация «China Yangtze Power» объявили о создании совместного предприятия по строительству гидро- и тепловых электростанций в Сибири — YES Energo. Проект «Евросибэнерго» может составить конкуренцию «РусГидро». Компания в апреле 2011 года впервые официально подтвердила, что хочет получить контроль над РАО «ЭС Востока». При этом оплачен он может быть допэмиссией гидрогенерирующей компании. В случае завершения
сделки «РусГидро» сможет быстрее выйти на рынки Китая и Японии, так как у РАО «ЭС Востока» есть готовые проекты по экспорту электроэнергии восточным соседям. Наконец, в мае этого года Совет директоров ОГК-4, контролируемой немецким концерном E.ON, одобрил соглашение с E.ON Energy Trading, также принадлежащей германской корпорации, в соответствии с которым российский генератор рассчитывает начать поставки электроэнергии за рубеж до конца 2012 года.
О своих планах по росту экспорта электроэнергии компании объявляют на фоне роста внутренних тарифов. В связи с этим у внутреннего российского потребителя не может не возникнуть вопрос: каким образом экспорт электроэнергии влияет на внутренние тарифы на нее и справедливо ли распределяется доход от экспорта? Какую выгоду от экспорта электроэнергии получит российский потребитель?
По мнению Александра Лукина, директора Центра исследований Восточной Азии и ШОС в составе Института международных исследований МГИМО (У) МИД России, «прогнозные темпы роста энергопотребления в КНР до 2030 года оцениваются в 4-4,8% в год. При этом, согласно планам правительства, часть прироста должна была дать атомная энергетика. Планировалось построить более 30-ти новых АЭС. Однако,
после истории с Фукусимой, перспективы строительства ядерных блоков в ближайшие годы во всем мире и в Китае, в частности, не ясны. Быстро дать электроэнергию Китаю можно было бы с тепловых станций. Атомная и гидроэнергетика, где создание новых мощностей требует гораздо больше времени, не могут дать нужный объем электроэнергии в необходимые сроки».
В ходе энергетической реформы Дальний Восток остался в ряду так называемых «неценовых зон», в которых тариф по-прежнему формируется на основе баланса выработки — потребления. В этой связи осуществление экспорта электроэнергии в Китай для региона означает, что плата за содержание тех мощностей по выработке электроэнергии, которые находятся в регионе, должна перераспределяться между большим числом потребителей, чем ранее.
Несмотря на то, что государство контролирует работу основных игроков на рынке Дальнего Востока, а также регулирует сам этот рынок, на сегодня отсутствует единая государственная политика регулирования экспорта электроэнергии в Китай.
«Отсутствие механизма справедливого распределения доходов от экспорта электроэнергии бьет не только по интересам регионального потребителя, но и по самим участникам рынка экспорта, — отмечает Александр Лукин. — В стремлении предложить китайской стороне более конкурентоспособную, а значит, более низкую цену, энергетические компании конкурируют между собой. Это приводит к тому, что, по сути, они готовы выполнять условия китайской стороны не только по объемам электроэнергии, но и по источникам. Китай же, естественно, хочет покупать у России только самою дешевую энергию, которую производят гидроэлектростанции, игнорируя более дорогую энергию тепловых станций». Китайская позиция четко выражена в пожеланиях Чжан Гобао, бывшего до недавнего времени зампреда Госкомитета КНР по развитию и реформам, начальника Государственного энергетического управления, который в октябре прошлого года сказал: «Закупать электричество у России выгодно только по низким ценам; если же цены будут высокими, это не имеет смысла».
Позиция китайского покупателя электроэнергии в переговорах с российскими экспортерами отличается жесткой установкой: цена импортной электроэнергии должна быть существенно ниже внутрикитайской цены. При этом цены оптового китайского рынка сдерживаются жесткими административными методами, что по признанию китайских источников уже привело к тому, что практически все крупные
генерирующие компании являются убыточными. Но такая политика снижает социальную напряженность в стране. Стремление китайцев решать свои проблемы не за счет собственного населения, а за счет дешевого импорта из России, вполне понятно с точки зрения интересов Китая. Но оно противоречит интересам российской стороны.
По мнению Лукина, России нужно более жестко отстаивать свои экономические интересы: «Представляется весьма сомнительным ориентироваться в организации экспорта электроэнергии на использование гидроресурсов. Это национальное богатство России и оно должно в первую очередь использоваться для собственного развития. У нас достаточно запасов низкокалорийных углей, пригодных для сжигания на месте с целью выработки электроэнергии, которые могут основой для экспорта электроэнерги. Также необходима достаточно жесткая ценовая политика, которая позволяла бы российской стороне получать справедливую, но при этом конкурентоспособную на китайском рынке цену».
Реализация такого подхода вполне возможна, считает Лукин. Российское государство, реформировав электроэнергетическую отрасль, должно найти способ не менее эффективно, чем китайское, отстаивать свои интересы в экспортной политике, не допуская конкуренции российских компаний на рынке экспорта за счет российских потребителей. В противном случае увеличение прибыли отдельных компаний будет
сопровождаться повышением внутренних тарифов и ростом социальной напряженности, что особенно нежелательно в свете приближающихся выборов. «Компании-участники экспорта — это компании с государственным участием, а значит, рычаг влияния у государства в данном случае есть.
Кроме того, жесткую, прагматичную, но экономически обоснованную политику примет и китайская сторона, если действительно желает построить торговлю на долгосрочной и взаимовыгодной основе», — отмечает эксперт.
Резкий рост экспорта российской электроэнергии в Китай может начаться если не сегодня, то завтра. В то же время вопрос о том, сможет ли Россия использовать его в своих интересах как дополнительный шанс для развития приграничных территорий, остается открытым.
http://www.plotina.net/energy-for-china/

БАЙКАЛ
Байкальская вода на экспорт
Китайцы мечтают о водопроводе от Байкала до Внутренней Монголии.
Сочетание слов <Байкал> и <труба> стало уже привычным. Сколько было желающих провести к Байкалу или от Байкала трубу! В 80-х годах прошлого века хотели построить трубопровод для сброса ядовитых стоков БЦБК в Иркут. В 2005-м появился проект нефтяной трубы вдоль берега озера, но, слава богу, пронесло. В прошлом году общественность была взбудоражена идеей прокладки газовой трубы по дну Байкала. Теперь на горизонте замаячила четвертая труба. На этот раз — для экспорта воды в Китай.
Все знают, что Байкал является крупнейшим в мире хранилищем пресной воды. 23 тысячи кубических километров — это 20% мировых запасов.
Но они до сих пор не освоены. Вода Байкала практически никак не используется в коммерческих целях, лишь какое-то минимальное количество продается в бутылках. А в это время мир испытывает настоящий водный дефицит. В некоторых странах вода стала главной ценностью. Встает вопрос: Байкал и экспорт воды — вещи совместимые? Можно ли продавать и нужно ли? Об этом недавно шла речь на сессии ученого совета Иркутского научного центра.
По словам Владимира Бережных, главного докладчика, эксперта по туризму, журналиста, издателя и путешественника, разговоры на тему экспорта байкальской воды ведутся давно: <Или мы экспортируем воду и получаем большие деньги, или мы экспортируем целлюлозу за гроши, продолжая загрязнять Байкал>. Сам Владимир Викторович занялся изучением этого вопроса после визита на международный
экономический форум в Эрляне, Внутренняя Монголия, Китай.
— Китайцы собираются реализовать проект торгового транспортного коридора от Тяньцзиня до Иркутска — им необходимо торговать с Россией и Европой. Самый короткий путь из центральных провинций Китая в Россию проходит через Монголию. Поэтому китайцы готовы вкладывать огромные деньги в освоение Внутренней Монголии: в строительство дорог, таможенных терминалов, складов. А следующий этап — это строительство дорог до Улан-Удэ и Иркутска. Китайцы готовы и там приложить свои руки и вложить деньги. И нет никаких сомнений, что если китайцы возьмутся, то сделают.
Но есть одна большая проблема — Внутренняя Монголия испытывает острый дефицит питьевой воды, который сдерживает развитие стратегически важного региона. <Вы можете спросить: а нам какое дело до их проблем? — продолжает Владимир Бережных. — Да в том-то и дело, что нас это касается напрямую. Ведь из-за отсутствия воды пустыня Гоби неудержимо разрастается и отвоевывает десятки тысяч километров территории. Масштабы наступления пустыни так велики, что одно из заседаний Великого хурала прошло прямо в пустыне, на барханах>. Монголия и КНР пытаются укротить пустыню — высаживают деревья, но коренным образом остановить пески не могут. На земле, которая получает всего от 150 до 350 миллиметров осадков в год, исчезли в результате хозяйственной деятельности и климатических изменений уже 1363 озера. Чтобы решить проблему, китайцы задумали построить водовод от Желтого моря до Внутренней Монголии.
Ожидается, что по нему ежегодно будет транспортироваться до 310 миллионов кубометров опресненной морской воды. Также китайцы присматриваются и к Байкалу.
— Мэр Эрляня Мэн Сяньдун сказал мне во время встречи, что намного проще и дешевле строить водовод до Эрляня от Байкала! По его словам, это можно сделать за три года… У них все давно просчитано, они готовы покупать эту воду. Технически, очевидно, в этом действительно нет ничего сложного — ведь еще в конце 80-х планировали проложить трубу от Байкальска до Иркута для сброса сотен
миллионов кубометров очищенных стоков БЦБК.
По словам Владимира Бережных, китайцы считают, что экспорт байкальской воды в Китай выгоден всем. Главное — сойтись в цене.
Конечно, идея гнать по водоводу драгоценную байкальскую воду кажется абсурдной и даже кощунственной, ведь в процессе перекачки она утратит все свои свойства. Однако нельзя не признать, что границы существуют только между государствами, природа границ не имеет.
Если в одной стране поворачивают реки, строят дамбы, осушают болота, то это неизбежно повлияет на природный баланс соседних. Поэтому нас не может не тревожить масштабное освоение засушливых районов Китая и Монголии. Уже сейчас нужно думать, как избежать природных катастроф, вызванных бурным ростом экономики Китая.
С другой стороны, чистейшая байкальская вода в коммерческом плане не приносит региону и стране никакой выгоды. У нас есть несколько фирм, занятых производством байкальской воды, но им тяжело тягаться с такими мировыми брендами, как Bonaqua и Aqua Minerale. Вот такой парадокс: вода драгоценная, а особого спроса на нее нет! И это тоже должно стать предметом анализа ученых и экономистов.
Вреда не будет
Неизбежно встает вопрос о рисках. К примеру, есть опасение, что отток воды приведет к снижению уровня Байкала. По словам Владимира Бережных, 100 млн кубометров в этом уровне не сыграют никакой роли. Экологические риски, связанные с транспортировкой воды в Китай, на порядок ниже, чем при транспортировке нефти. И самое главное: байкальская вода — возобновляемый ресурс при условии сохранения лесов вокруг озера.
Внутренняя Монголия
Автономный регион на севере Китая, основанный 1 мая 1947 года. Столица — Хух-Хото, крупнейший город — Баотоу. Население 23,84 млн человек. Внутренняя Монголия занимает площадь 1 183 000 кв. км. На западе находятся 5 крупных пустынь: Бадын-Джаран, Тэнгэр, Улан-Бух, Му-Ус и Гоби.
Цена вопроса
В России кубометр питьевой воды стоит от 5 до 12 рублей. На Западе — около двух евро. Предварительно подсчитано, что если экспортировать воду в Китай в объемах, равных сбросам БЦБК, то есть 100 млн кубометров в год, по цене один евро за кубометр, то Россия могла бы получать ежегодно 100 млн евро.
Про воду
Байкальская вода уникальна по чистоте и прозрачности. Металлический диск диаметром 40 см можно четко разглядеть на глубине 40 м.
Редкая чистота и исключительные свойства байкальской воды обусловлены жизнедеятельностью животного и растительного мира озера. За год армада рачков (эпишура) способна трижды очистить верхний 50-метровый слой. В байкальской воде очень мало растворенных и взвешенных минеральных веществ, ничтожно мало органических примесей, много кислорода. Минерализация — 96,4 мг на литр, в то время как во многих других озерах она доходит до 400 и более. Слабоминерализованная байкальская вода идеально подходит для организма человека.
Мнения ученых
Тамара Васильевна Бережных, ведущий научный сотрудник, кандидат географических наук, Институт систем энергетики СО РАН:
— Байкал является регулятором всего ангарского каскада, и в условиях экстремально низкой водности для нас эта труба может обернуться большими проблемами. И вообще, зачем нам этим заниматься, когда здесь заведомо ожидает проигрыш? Снижение объема воды грозит катастрофой для Байкала. Не понимаю, как вообще можно озвучивать эти идеи. Китайцам воды не хватает? Но это их проблемы! И вообще, все это лишняя суета и маята.
Игорь Борисович Мизандронцев, доктор географических наук, Лимнологический институт СО РАН:
— Речь идет о строительстве водовода длиной 2 тысячи километров. За то время, что вода будет идти до потребителя, она превратится в техническую, непригодную для питья. На входе будет байкальская вода, а на выходе — мертвая. Какой смысл драгоценную воду использовать так нерационально? Второе возражение: этот водовод заберет примерно 2% притока воды в озеро. Это губительно для Байкала. Отобранная
вода никогда не восстановится. Недопустимо, чтобы объем воды снижался.
Александр Николаевич Сутурин, кандидат геолого-минералогических наук, Лимнологический институт СО РАН:
— Идея совершенно бессмысленная с экономической точки зрения, потому что три-четыре завода по розливу полутора миллиардов литров воды, которые планировали построить на Байкале, дадут прибыли больше, чем любой водовод. Судите сами: стоимость пол-литровой бутылки воды <Эвиан> в Китае составляет 30 рублей. А здесь тридцать рублей стоит один кубометр. Нигде в мире качественную воду через трубопровод не продают. С точки зрения экономики нужно продавать готовый продукт. Никакой трубопровод не обеспечит Китай, им нужна вода не для
питья, а для сельского хозяйства, для промышленности. При переброске на такое далекое расстояние невозможно на выходе получить качественную воду.
Леонид Корытный, доктор географических наук, профессор, Институт географии СО РАН:
— Сегодня эта идея многим кажется бредовой. Говорят, что надо заниматься бутилированной водой, но этот рынок уже захвачен, и наши производители не могут его пробить. Не потому что байкальская вода плохая, а потому что конкуренты опередили. Еще когда встает вопрос о водоводе, говорят, что нет технологий. Но сегодня их нет, а завтра могут появиться. Специалисты должны оценить перспективы.
Вот пример: несколько лет назад к нам в институт обращались американцы с просьбой подсчитать возможность перевозки воды из Сибири танкерами в США. К тому же нужно учитывать, что китайцы все равно свое получат. Вот они обещали нам не отбирать воду из Аргуни, но слово не сдержали, построили канал, забирают воду.
Елизавета Старшинина
discoverbaikal@gmail.com, 24 мая 2011 г., http://news.babr.ru/?IDE=93721

РУССКИЙ С КИТАЙЦЕМ — БРАТЬЯ НАВЕК?: 1 комментарий

  1. Я глубого возмущена, что такое озеро Байкал не охраняется государством. Это преступление перед будущем поколением! Мировой запас пресноводной воды уменьшается, у нас, это водохранилище! Гидроресурсы России являются национальным богатством и мы их должны в первую очередь использовать для россиян, а не на продажу. И ведь общественность ничего незнает, о том, что воду из Байкала продают. Вот откуда в России миллионеры!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *