Опубликовано

Как выглядит Россия?

В 1885 году в усадьбе Абрамцево, принадлежавшей тогда известному фабриканту и меценату Савве Мамонтову, была организована столярно-резчицкая мастерская. Руководство мастерской взяла на себя Елена Дмитриевна Поленова, сестра известного художника. В этой мастерской обучали крестьянских детей из ближайших сел и деревень Хотьково, Ахтырки, Кудрино, Мутовки. Главным было создание и поддержание атмосферы творчества и инициативы мастеров и учеников. После окончания обучения выпускникам помогали приобрести все необходимое для открытия собственных мастерских. По эскизам известных художников, часто бывавших в Абрамцевской усадьбе, в мастерской изготавливались разные изделия (полочки, шкатулки, рамки, кресла шкафчики, столы и др.), которые продавались в специально открытом магазине на Поварской улице в Москве.
Основателем абрамцевско-кудринской техники считается Василий Петрович Ворносков, который с 1887 по 1890 годы учился в столярно-резчицкой мастерской под руководством Е.Д. Поленовой. Нигде, кроме Абрамцева, не мог он получить тех знаний по народному искусству и народной резьбе, в особенности, которые позволили ему впоследствии создать собственную стилистическую ветвь в народном искусстве. Пройдя полный курс обучения, молодой мастер открыл свою мастерскую в деревне Кудрино.
Наш корреспондент побеседовал с жителем города Хотьково Сергиево-Посадского района Московской области Ермиловым Василием Алексеевичем, педагогом и мастером резьбы по дереву.

Василий Алексеевич, вы также когда-то закончили Абрамцовское училище?
Да. Это было давно, в 1968 году. Даже сидел за одной партой с внучкой Ворноскова! Раньше было понятно, почему народ изучает народное искусство. А сейчас промыслы, как таковые, развалились, распределения после окончания училища нет. До развала советской страны я работал в НИИХП (Научно-исследовательском Институте Художественных Промыслов) ведущим художником в лаборатории лаков и дерева.
Мастерская созданная в 19 веке была исключительным явлением в России того времени. Чего стоит только уникальное изобретение особой техники Ворносковым!
Курировала работу в мастерской сама Елизавета Мамонтова, а непосредственно работой занималась сестра знаменитого русского художника Поленова. Был такой ученик Ворносков, у которого резьба была естественной, не надуманной. Он в своем поселении организовал свою артель. Там была своя система обучения: когда они резали, у них был чтец, который читал сказки или сказочные рассказы, былины… Не было еще ни радио, ни телевидения. Ранее была московская резьба, ярославская плоско-рельефная резьба. А Ворносков сумел все объединить и создать свою собственную. Это был уникальный случай. Ворносков был хорошим экспериментатором.
Чем резьба промысловая отличается от самодеятельной? Промысловая – свойственна для определенной местности, плюс отрабатывалась техника наиболее рационального изготовления и приема, быстрая техника. Поэтому каждый промысел имел свою технологию. В то же время, стремление к красоте, к гармоничности приводило к созданию шедевров. Вопрос стоял, создать не просто вещь, а красивую вещь. Человек, занимающийся промыслом, стоял перед дилеммой: сложно и красиво делать не выгодно. Промыслы построены на простейших приемах. Так считалась основной резьбой: абрамцевско-кудринская. Освоив ее, можно было применять другие виды резьбы.

Какое дерево в основном использовалось?
Липа. Частично использовали где-то ольху.

Ваши изделия из дерева экологически чистые, долговечные, могут передаваться по наследству, легко утилизируются. Надо уходить от пластмассовых изделий нам в нынешнем мире, исходя из всего этого, хотелось бы возрождать промысловое производство. Какие вещи помимо мебели, связанные с резьбой могли бы заполнить наш быт?
Лоточки, корзиночки, шкатулки, лампы, подсвечники имеют право на жизнь. Обычно женщины любят всякие изящные вещи, они могут являться заказчиками. В основном это декоративные вещи, из них нельзя есть и пить. Технология изготовления не позволяет, она трудоемка.
Например, по хохломе могу рассказать. Катилась вещь, ее называли бельем, только что выточенную. Ее опускали в ванну с растительным льняным маслом. Там были интересные технологические находки. Липа, она разной плотности бывает. У мастеров был свой индикатор: как вещь утонула, значит, она впитала масла столько, сколько нужно. Потом эти вещи доставали и помещали в сушильный шкаф с температурой в 140 градусов. Затем эти вещи натирались «вапой» (глагол «вапить» — красить что-либо, — ред.), так называлась глина. Далее натирали вещи алюминиевым порошком, а раньше был оловянный порошок! Затем расписывались, и опять обжигались. Потом покрывались лаком и вновь обжигались. Поэтому эти вещи спокойно выдерживали горячую воду, с помощью них можно было принимать пищу. Такая посуда могла долго служить – это была настоящая посуда. А сейчас, в целях экономии, вещи обжигают один или два раза, в масленый лак добавляют не натуральные красители, и вещь имеет цвет золота. Такая экономия снизила устойчивость покрытия.
По идее, его надо запекать по старым технологиям?
Да. Для этого существовал наш НИИХП. Хотя плохую роль в этом именно он и сыграл, придумав облегченную технологию. Поскольку хохлома позже использовалась больше, как декоративная продукция.
Как все должно выглядеть в России?
Поскольку, я всегда был «человеком с руками», то есть обладал ремеслом, — я смог вырастить и выучить двоих сыновей в тяжелое перестроечное время. Они все занимаются искусством. Я думаю, что все вернется на круги своя. Переболеет наша молодежь всякими западными штучками и вернется к истокам. У нас где-то глубоко это у всех сидит. Я делал игрушки резные, потом лет 12 занимался деревянными лестницами, брал заказы. На день города меня всегда приглашали, чтоб я сидел и резал всякие вещи, жена у меня расписывала их, а младший сын их продавал. Заинтересованного народа было много. Позже меня стали приглашать на корпоративные мероприятия, типа, на свадьбу сына Бабкиной, я там сидел и резал. Были приглашены и другие ремесленники: по глине, например. Народ — толпился!
На день города я ездил в Коломенское, дети с удовольствием наблюдали за моей работой не отходя ни на шаг полтора часа!
Раньше, когда я еще в институте работал, я занимался семинарами, у меня была научно-исследовательская работа, — поездки по разным регионам. Мы собирали изделия, которые делал народ: деревянные, железные. Для предприятий разрабатывали перспективные коллекции изделий. Когда я делал игрушки, приезжал один американец, который коллекционировал игрушки. Весь мир мог завидовать нашим изделиям, потому что была отработана методика, подход. Он говорил, что у нас живое ремесло в России осталось. Эскимосы, говорил американец, занимаются копией резьбы по пластмассе, а раньше делали резьбу по кости.
Мне жизнь преподносила много разных сюрпризов. Взять, например, систему рождественских подарков. Здесь я понял, что прежнее советское правительство приучило Западные старны к нашим дешевым промысловым изделиям. А та цена, которую закладывал мастер, раньше не соответствовала экспортной цене: чуть ли не в 10 раз дешевле продавались наши изделия! На это наша советская власть шла, так как это была чистейшая валюта для государства. За границу продавали изделия за бесценок, а мастеру платили просто зарплату. Для государства тогда народные промыслы были выгоднее нефти. Сейчас цена, конечно, поднялась ближе к истинным размерам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *