Опубликовано

НЕФТЕ-ГАЗОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ РОССИИ (Транснефть, Газпром и прочие пользователи природы)

КАТАСТРОФА
«Мы копали лопатой — а там нефть+»
Интернет помешал скрыть последствия экологической катастрофы. Героям видеообращения к
президенту теперь угрожают. Совместное расследование с блогерами
Одним из лидеров YouTube на прошлой неделе стал ролик, выложенный Дмитрием Гудковым (сыном
депутата Госдумы Геннадия Гудкова), об экологической катастрофе в деревне Мошково Новосибирской области. Всего за несколько дней
видео набрало более 1,3 млн просмотров, что по меркам интернета выглядит просто фантастично. Ролик рассказывает, что в апреле и
декабре 2008 года на участке нефтепровода Омск-Иркутск произошло два разлива нефти, затопившей местную речку Балту и
близлежащие пруды садовых обществ. По словам местных жителей, последствия аварии до сих пор не ликвидированы: тонны нефти засыпали
слоем земли и камыша.
История экологической катастрофы в деревне Мошково так и осталась бы неизвестной, если бы
не один человек, откровения которого потом и раскрутил интернет. Это — Николай Кузнецов, сотрудник «Трансибнефти» («дочки»
«Транснефти»), — оператора нефтепровода. Кузнецов — начальник участка производственно-технического обеспечения (УПТО) — из тех
людей, которых принято называть «идейными».
Он с гордостью рассказывает, как всю жизнь был коммунистом и «до сих пор не сжег свой партийный
билет», как работал на «Распадской», как выводил из непролазной тайги колонну техники, оставленной после строительства ВСТО. В
общем, Кузнецов — это архетип сибирского мужика и честного строителя социализма, таких сегодня в столице не встретишь эти редкие
рудименты исчезнувшей цивилизации
живут на периферии гламура и светской жизни.
Кузнецов рассказал «Новой газете», что в мае 2008 года он вместе с экологом Мошковского района выехал на место аварии — 742-й
километр нефтепровода. (В скобках заметим, что официальные полномочия его к этому не обязывали.) «Приехали и видим картину: разлив
нефти, рабочие ставят муфту, пруды все
в нефти — ее собирают соломой, потом сжигают+ И тогда я сказал своему начальнику: «Молчать не буду!» вспоминает Кузнецов. По его
словам, он сфотографировал последствия аварии и передал их главе Мошковского района Сергею Лысенко. Тот, как говорит Кузнецов,
ответил спокойно: мол, да что там, откупимся.
По оценке Кузнецова, весной 2008 года вылилось примерно 1 тыс. тонн нефти. «Нефть по реке прошла почти 50 км. По крайней мере в
30 км от источника разлива есть большой водозабор. Так, по рассказам местных рыбаков, они вылавливали рыбу с запахом нефтепродуктов
и носили ее главе администрации на стол», — говорит он.
После первой аварии у Кузнецова начались проблемы с руководством: «Премии лишали, подчиненных против меня настраивали, в
командировки отправляли, чтобы не выступал». В декабре 2008 года он
вернулся из очередной командировки и узнал: на том же месте снова авария. «Рабочие напились перед Новым годом и забыли закрыть
вантуз. Всю ночь нефть хлестала выше берез и снова залила окрестные
пруды. Там начали все вычищать, сжигать. Пожар был огромный, полыхало все. Мне ребята из бригады ЛЭС (линейно-эксплуатационной
службы. — Р. А.) сказали, что вылилось примерно 3 тыс. тонн. Потому что от задвижки до задвижки 4 км, а вантуз находился в самой
нижней точке. Поэтому, пока вся нефть не вышла, они в гидрокостюмах пытались ее перекрыть. Сколько на самом деле вылилось — не знаю.
Но во всех своих письмах и обращениях я настаиваю на том, что необходимо востребовать баланс перекачки нефти от Анжеро-Судженска до
Омска, чтобы понять, сколько реально вышло нефти», — рассказывает Кузнецов.
Он вместе с местными жителями исписал тонны бумаги, дойдя в своих обращениях от местного Ростехнадзора до премьера Путина и
президента Медведева. Все письма, по его словам, отправлялись обратно в областную прокуратуру, которая «отвечала, как под копирку:
все хорошо, все прекрасно». Сегодня, как говорит Кузнецов, последствия аварии до сих пор не ликвидированы: нефть просто засыпали
слоем земли.
Сотрудник пресс-службы «Транснефти» усомнился в том, что ролик, выложенный на YouTube, мог всего
за несколько дней набрать столько просмотров, а за комментариями посоветовал обратиться к официальному пресс-релизу «Транссибнефти».
В пресс-релизе говорится только об одной аварии, произошедшей 26 декабря на 744,7 км нефтепровода Омск-Иркутск. По оценкам
компании, причиной выхода нефти «явилось недозакрытие вантуза», а объем разлива составил 7 тонн, из них 1 тонна утекла в реку Балта.
«Объем собранной и закачанной нефти обратно в нефтепровод составил 6 м3», — говорится в отчете «Транссибнефти». Компания настаивает:
были приняты все меры по ликвидации и защите окружающей среды, создана комиссия по расследованию причин аварии. Департамент
природных ресурсов Новосибирской области подсчитал размер ущерба окружающей
среде — 4,3 млн рублей, которые «Транссибнефть» в полном объеме выплатила. Сегодня, как говорится в пресс-релизе, на месте инцидента
ведется постоянный мониторинг и экологический контроль. Согласно приведенным на сайте компании данным лабораторных исследований,
сегодня концентрация нефтепродуктов
в воде не превышает нормы предельно допустимой концентрации (ПДК).
В России, в отличие от Советского Союза, для почвы стандарты ПДК не установлены. Однако если исходить из, пожалуй, единственного
на сегодняшний день официального источника письма Минприроды
от 27 декабря 1993 года «Порядок определения размеров ущерба от загрязнения земель химическими веществами», в котором содержание
нефте-продуктов меньше 1000 мг/кг почвы считается низким уровнем загрязнения, — то в Мошкове показатели ниже в 10-20 раз. Согласно
анализу ФГУ «ЦЛАТИ по Сибирскому
ФО», концентрация нефтепродуктов в разных пробах колеблется от 42 до 103 мг/кг.
Жители смотрят на результаты этих исследований скептически. Владимир Абакумов, местный депутат, председатель районной комиссии
по экологии, рассказывает, что первая авария прошла тихо, а когда
зимой произошла вторая, то дым от пожара был виден за десяток километров. Абакумов оправдывается
передо мной, что до июля этого года об аварии не знал и даже не был на месте. «Вот такой я
председатель оказался», — сожалеет он и говорит, что по образованию агроном, 72 года на днях исполнилось, и поэтому вовремя не
узнал. «Но когда приехал и увидел понял: тут серьезное дело.
Лунки в земле стали выкапывать, а оттуда нефть сочится. Мы стали постепенно выяснять, как они
скрывали следы, как засыпали все землей. И самое главное — они же ничего не убрали, зато в сентябре началась масса статей: все
нормально, все зачищено, все убрано», — рассказывает депутат.
Абакумов больше всего возмущается тем, что никто не пытается компенсировать ущерб садоводам:
«Они говорят, что жить здесь больше невозможно, и я с ними согласен. Пускай их переселяют, пускай покупают новые участки или
приводят это место в порядок. В Америке случилось (он, видимо, имеет
в виду аварию в Мексиканском заливе. — Р. А.), всем компенсировали, а у нас скрывают. И самое главное скрывают от народа».
С ним соглашается местный житель Николай Малашенко из садового общества «Яблоневый сад-2». Он рассказывает: «В мае 2008 года
весь пруд был покрыт пеленой нефти, воды не было видно. Там ужас что творилось: вдоль трубы — нефтяное болото, ступить некуда, а
ступишь — утонешь. Потом зимой, говорят, полыхало так, что когда я приехал там все пусто было: ни деревьев, ни кустарников, как
будто Мамай прошел. Они же были должны всю почву с нефтью убрать и увезти, а они просто засыпали землей».
Малашенко также рассказывает, что после того как огородники стали рыть землю и докапываться до нефти, на месте аварии была
установлена охрана: «Мол, что вы тут роетесь», — говорит садовод. Затем, по
его словам, огородников начали обвинять в том, что они сами лунки выкапывают, заливают в них нефть и поджигают. «Ну это же какую
дурость надо иметь, чтобы такое придумать», — возмущается Малашенко. Он также объясняет, почему лабораторные исследования сегодня
показывают допустимую концентрацию:
«Потому что землю берут с поверхности, а воду осенью спускают — внизу несколько озер, где разводят рабу. Поэтому нефть вместе с
водой унесло, а вот вокруг пруда посмотришь — везде нефть».
Другой местный житель, Андрей Воронов, на контакт идет неохотно. «Нефть есть, а никто не реагирует», — говорит он. По его
словам, нефть текла и весной, и зимой, а потом ее просто
засыпали, а реку уничтожили — прорыли новое русло.
— А под землей есть нефть? — спрашиваю.
— Море. Мы сначала копали лопатой — они засыпали, мы взяли рыбацкий бур — они снова засыпали, а сейчас положили плиты, и нам уже
не докопаться.
А вообще, он считает, что объяснять мне все равно бесполезно: «Если мы дошли в своих письмах до премьера, до президента, и никто
ничего не отвечает, то что ваш звонок изменит?»
Местным жителям вместе с Николаем Кузнецовым из «Транссибнефти» удалось настоять и на проведении независимой экспертизы,
результаты которой сильно отличаются от тех, что приведены на сайте оператора нефтепровода. Согласно исследованию Новосибирского
городского комитета охраны окружающей среды и природных ресурсов, концентрация нефтепродуктов в старом русле реки Балты составляет
7,76 мг/дм3, при ПДК — 0,05 мг/дм3. То есть здесь концентрация превышает предельно допустимую более чем в 100 раз.
В 400 метрах выше зоны загрязнения вода чистая, однако местные жители объясняют это произошедшим
осенью спуском. Анализ почвы показывает, что на уровне полуметра концентрация действительно не превышает предельно допустимую, но,
если прокопать до 1,5 1,8 метров, содержание нефтепродуктов будет зашкаливать. На правом берегу Балты концентрация составила 7,68
мг/г, в старом русле — 17,3. В письме Минприроды от 27 декабря 1993 года «Порядок определения размеров ущерба от загрязнения земель
химическими веществами» самый высокий пятый уровень загрязнения почвы нефтепродуктами устанавливается при концентрации свыше
5000 мг/кг. Таким образом, если умножить показатели проб в Мошкове на тысячу, то получится, что в разных местах уровень загрязнения
колеблется от 7680 мг/кг
до 17 300.
В течение этих двух с половиной лет, что Николай Кузнецов из «Транссибнефти» рассказывал об экологической катастрофе в Мошкове,
его пытались по-разному заткнуть. «1 сентября этого года мне прокололи колеса машины, 3 сентября разбили задние зеркала, 7 сентября
снова прокололи все колеса, машину разрисовали свастикой, пробили лобовое стекло ломом», восстанавливает хронологию событий
Кузнецов. В тот же вечер 7 сентября, по его словам, позвонил неизвестный и спросил: «Ну че,
чувачок, машину восстановил? Не думаешь продавать?» Кузнецов ему ответил: «Ты хотя бы представься».
А тот: «Да ты знаешь, мы там ваших партийцев-засранцев давили и давить будем. Иди внизу подарочек лови». Кузнецов рассказывает, что
«подарочек» нашел утром на следующий день — это был пакет с
белой дохлой крысой.
Все эти события заставили начальника участка Николая Кузнецова записать видеообращение к
президенту России Дмитрию Медведеву, в котором он рассказал о том, что не хочет умирать, хочет
и дальше жить ради своих внуков.
Посмотрите это видеообращение (http://dgudkov.livejournal.com/23763.html) и по возможности присоединитесь к нему: все-таки, мне
кажется, он достоин жизни таких мало осталось.
P.S. По странному стечению обстоятельств, Николая Кузнецова из «Транссибнефти» еще не уволили:
он выходит на работу из отпуска 4 ноября.
Роман Анин, «Новая газета», 18 октября 2010 г.
http://www.novayagazeta.ru/data/2010/116/01.html

РЕАКЦИЯ…
Генеральному прокурору РФ Ю.Я.Чайке, г.Москва
Копия: Заместителю Генерального прокурора по Сибирскому федеральному округу
Семчишину Ивану Григорьевичу, г.Новосибирск
Прокурору Новосибирской области Овчинникову Евгению Федоровичу, г.Новосибирск
Уважаемый Юрий Яковлевич!
Всемирный фонд природы обращается к Вам в связи с ситуацией создания угрозы причинения вреда здоровью и жизни жителя г.
Новосибирска Кузнецова Николая Ивановича, проживающего по адресу
г.Новосибирк, ул. Фрунзе, д. 67, кв. 236. Кузнецов Н.И. обратился к нашей организации с просьбой
о защите его прав, в том числе на благоприятную окружающую среду. Данное обращение основано на
нормах статьи 12 Федерального закона <Об охране окружающей среды>, а также Федерального закона
<О прокуратуре Российской Федерации>.
После выступлений Кузнецова Н.И. на митингах партии <Справедливая Россия> о факте аварии и
разливе нефти, произошедшем в 2008 году на нефтепроводе <Омск-Иркустк>, находящимся в эксплуатации
ОАО <Транснефть>, 7 и 9 октября 2010 года в его адрес по домашнему телефону прозвучали угрозы причинения вреда его здоровью и жизни.
Звонившие дали понять, что угрозы связаны с выступлением
на митингах и распространением информации о разливе нефти.
Кроме угроз по телефону 7 октября 2010 года неизвестными был нанесен ущерб автомобилю <Нива>, принадлежащему Кузнецову Н.И. Были
пробиты колеса машины, лобовое стекло было пробито ломом, к
которому прикреплена ткань со свастикой. Вечером того же дня в почтовом ящике Кузнецова Н.И.
была обнаружена посылка с дохлой крысой.
О данных фактах Кузнецовым Н.И. были поданы заявления в УВД Дзержинского района г. Новосибирска (талон-уведомление № 24 11 от
07.10.2010) и Начальнику Управления ФСБ по Новосибирской области
(отметка о получении от 09.10.2010) (приложение 1). 17.10.2010 Отделом милиции № 5 УВД Дзержинского района г. Новосибирска было
отказано в возбуждении уголовного дела по факту нанесения ущерба
имуществу Кузнецова Н.И. Вопрос об угрозе причинения вреда здоровью в Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела не
рассматривается (приложение 2).
Н.И. Кузнецов, донеся до общества информацию о факте правонарушения в области охраны окружающей среды, не только реализовал свое
конституционное право на благоприятную окружающую среду и
достоверную информацию о ее состоянии, закрепленную в статье 42 Конституции РФ, а также права, гарантированные гражданам России в
соответствии со статьей 11 Федерального закона <Об охране
окружающей среды>, но исполнил конституционную обязанность, предусматривающую: <Каждый обязан сохранять природу и окружающую среду,
бережно относиться к природным богатствам> (статья 58 Конституции РФ).
Факт аварии на трубопроводе <Омск-Иркустк> в декабре 2008 года, а также попадание ‘ нефти в
почву и водный объект — р. Балта, подтверждается, в том числе материалами административного дела
№ ЗВ-299-В, которое находилось в производстве Департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Сибирскому
Федеральному округу. (Приложение 3)
Создание угрозы здоровью и жизни Кузнецова Н.И, по нашему мнению, подпадает под квалификацию
статьи 119 УК РФ. А в ситуации, когда эти угрозы связаны с реализацией конституционного права и выполнением конституционной
обязанностью гражданином РФ, данный факт приобретает большую
общественную значимость.
В связи с изложенным, просим взять под прокурорский контроль рассмотрение заявления Кузнецова Н.И. в Управления ФСБ по
Новосибирской области, а также осуществить проверку обоснованности вынесения
отказа в возбуждении уголовного дела от 17.10.2010 Отделом милиции № 5 УВД Дзержинского района
г. Новосибирска по заявлению Кузнецова Н.И.
С уважением, Е.А.Шварц, Директор WWF по природоохранной
Приложение 1. Копия заявления Начальнику Управления ФСБ по Новосибирской области — на 3 стр.
Приложение 2: Копия Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела Отдела милиции № 5 УВД
Дзержинского района г. Новосибирска от 17.10.2010. — на 1 стр.
Приложение 3: Копия Постановления Департамента Федеральной службы по надзору в сфере
природопользования по Сибирскому Федеральному округу № ЗВ-299-В об отказе в
возбуждении дела по административному правонарушению от 11 октября 2010 года — на 3 стр.
http://www.wwf.ru/data/programes/oil/genprokuroru_kuznecov.pdf

ГАЗПРОМ
Трубных наук доктора
Бурятия предлагает протянуть магистральный газопровод по дну Байкала
Председатель <Газпрома> г-н Миллер в октябре 2010 года посетил Бурятию. Высокий гость прибыл с целью подписания договора о
газификации Бурятии. Этот день президент республики В. Наговицын назвал историческим, потому что Бурятия более всего обеспокоена
сохранением озера Байкал, а газификация республики даст <наибольший эффект по очистке озера Байкал>, вследствие перевода котельных
на газ и сокращения атмосферных выбросов. Газопровод в Бурятию <Газпром> намерен проложить к 2020 году по маршруту Ангарск —
Улан-Удэ — Чита. Ангарск, если кто не в курсе, расположен севернее Байкала, в Иркутской области, а Улан-Удэ и Чита, как назло, южнее
озера. Байкал снова оказался не там.
Чтобы отблагодарить высокого гостя за предстоящий труд по <очистке Байкала>, на закрытом для
прессы совещании бурятская сторона предложила председателю <Газпрома> особо не церемониться и тянуть трубу непосредственно через
Байкал. Короче будет. Пресса утверждает, что честь выступить с данным предложением принадлежит директору Байкальского института
природопользования СО РАН Арнольду Тулохонову. Алексей Миллер от невиданной щедрости даже слегка опешил: <До сегодняшнего дня я
являлся большим скептиком таких проектов. Но вижу, что здесь в республике достаточно много людей, которые к этой идее относятся как
к вполне реальной. Мы договорились, что продолжим смотреть на такой вариант. Хотя, подчеркиваю, он вызывает очень-очень много
вопросов>. <Таких> людей действительно <достаточно много>. Не так давно идею прокладки газовой трубы через Байкал предлагал другой
выдающийся бурятский ученый, профессор Николай Атанов <http://www.magicbaikal.ru/news/09/news031209.htm> .
Через неделю в прессе откликнулся директор Лимнологического института СО РАН Михаил Грачев: <…вреда газопровод принести не
может. Доказывается это результатами исследований последних 10 лет.
У нас есть десятки, сотни публикаций на эту тему. Исследования — наши и других организаций — показали, что со дна Байкала выделяется
огромное количество метана в виде газовых фонтанов высотой 800 метров. Байкал все это прекрасно перерабатывает. Это все съедают
микробы, микробов тоже кто-то съедает, и экосистема не нарушается. Так что даже в случае протечек вреда природе не будет. Вот от
нефтепровода вред может быть, а от газопровода — нет>.
Михаил Грачев — тот самый академик, который в 2004 году сам предлагал проложить газопровод из Ковыкты в Китай, и тоже по дну
Байкала. Именно ему СМИ приписывают дивный научный вывод: <Газ для Байкала невреден совершенно. Потому что даже если труба с газом
лопнет, то газ просто пробулькнется через эту воду, выскочит в атмосферу и вреда экосистеме Байкала никакой не принесет>. Этот
фундаментальный научный результат явно основан на упомянутых выше сотнях публикаций.
Ученым мужам, наверное, невдомек, что труба, торчащая из Байкала, гигантская просека в тайге и
вся газовая инфраструктура вблизи Байкала — штука не более эстетичная, чем смердящий Байкальский ЦБК
<http://www.magicbaikal.ru/ecology/bcbk.htm> . Но знать, что главный ущерб природе наносится не тогда, когда труба уже проложена по
дну, а на этапе строительства, им бы следовало. А если не знаешь, то не стоит прикидываться экспертом и раздавать интервью.
Настоящие эксперты знают, что основное воздействие от подводных газопроводов оказывается при проведении трубозаглубительных работ на
акватории, что неминуемо сказывается на всех компонентах экосистемы в районе работ.
М. Грачев, давая свою оценку последствий прокладки трубы, намекает на возможность аварии. <Протечка газа> из подводного
магистрального газопровода напоминает скорее взрыв газового баллона на первом этаже высотки, нежели протечку канализации в бараке.
Последствия подобного события зависят от множества обстоятельств, а потому плохо прогнозируемы — не то просто окна-двери вынесет, не
то весь дом рухнет.
При аварии могут быть выброшены тысячи тонн метана, а концентрация газа в воде достигнет величин, значительно превышающих
природный фон. Кроме того, разрыв газопровода сопровождается мощной ударной волной, что в сочетании с экстремальной концентрацией
газа может надолго отбить у оказавшихся поблизости микробов всякую охоту обедать. Метан оказывает наркотическое и
нервно-паралитическое действием на все живое, а в Байкале водятся не только микробы. Вырвавшийся из трубы под давлением газовый
поток поднимет со дна огромное количество донных осадков, которые с пузырями метана окажутся
на поверхности Байкала, что может привести к непредсказуемым экологическим последствиям. Если авария случится зимой, сплошной
ледовый покров негативные последствия существенно усугубит. А если газ еще и воспламенится…
Этих <если> может быть очень много. Один пример, чтобы проиллюстрировать зависимость последствий аварий на газопроводах от
обстоятельств. 4 июня 1989 года, станция Улу-Теляк вблизи Уфы. При прохождении двух поездов взорвался газ, вытекший из
расположенного по соседству с железной дорогой аварийного газопровода. Около 800 человек погибли, примерно столько же стали
инвалидами…
Если авария произойдет, газопровод придется восстанавливать. Ремонт подводных переходов магистральных трубопроводов сопоставим
по сложности и затратам со строительством нового перехода, а
это — повторный удар по экосистеме. Учитывая, что подводные переходы — самое слабое место в системе магистральных газопроводов, что
глубина Байкала немаленькая, что дно Байкала штука подвижная, что сильные землетрясения на Байкале
<http://www.magicbaikal.ru/info/earthquake.htm> случаются регулярно — прорыв трубопровода на дне Байкала, вещь вполне реальная.
После января 2010 года <http://www.magicbaikal.ru/news/10/bcbk180110.htm> уже мало кто вспоминает, что у нас есть <Закон об
охране озера Байкал <http://www.magicbaikal.ru/ecology/law-baikal.htm> > и <Перечень видов деятельности, запрещенных в центральной
экологической зоне Байкальской природной территории <http://www.magicbaikal.ru/ecology/forbiggen-activity.htm> >, которые прямо
запрещают строительство магистральных газопроводов на Байкальской природной территории. Вот и в Бурятии, в пылу борьбы за чистоту
Байкала, о законах тоже запамятовали. Да и о собственных корнях — тоже…
discoverbaikal@gmail.com, 3 ноября 2010 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *